О верности крыс. Роман в портретах

Встрёпанный птенец на его плече недовольно расправил крылья, удерживая равновесие.

– Хотел бы, наверное.

– А не страшно? – усомнился третий, илирец. – Голову задурят, заморочат, в реку утащат…

– Тю! – пренебрежительно свистнул Воробей. – Чего бояться! Ты что, плавать не умеешь?

– Я слышал, они могут из тумана целую улицу составить, как в садах Эиле, – не сдавался Нарк. – Идёшь, идёшь, и не заметишь, когда уже всё вокруг ненастоящее. А ещё говорят, что так можно и на тот свет зайти. Особенно, если мосты в тумане переходить.

– Они красивые очень, – задумчиво сказал рыжий Шонек. – Я вчера, кажется, видел одну. Гибкая такая, как ивовая ветка, и волосы серебристо-зелёные, как листья у ивы. Как будто её тушью написали прямо в воздухе…

Мальчишки помолчали. Улица свернула, идя уже не вдоль канала, а через него, по узкому пешеходному мостику. Под мостом словно бы текла не вода, а туман, вьюном поднимаясь по опорам. Та сторона канала терялась из виду; будто сами доски мостового настила истончаются и светлеют, становясь туманом.

– Кудлаш, иди сюда! – звонко позвал Шонек и положил руку на голову пса, когда тот подбежал. Рыжий жадно смотрел на врастающий в туман мостик, стараясь впитать в себя, запомнить каждую линию, каждый столбик перил и каждую прожилку досок. Нарк рядом смотрел со сдержанным недоверием, тоже остановившись.

Воробей пренебрежительно хмыкнул и уверенно шагнул на мостик.

– А я бы хотел увидеть туманницу, – сказал он.

– Как это, «чтоб знать»? – возмутился Шонек, шагая следом. – А что я говорю – тебе недостаточно? И Трепло их видел!

– Трепло много чего видел, – отмахнулся Воробей, накрывая свободной рукой своего пернатого тёзку. – То Слепого[20 - Слепой – эпитет Кеила, бога смерти] под видом пьяницы, то собак крылатых. На то он и Трепло.

– Был.

– Что? – переспросил Воробей, оборачиваясь.

– Был он, – повторил Нарк и тоже ступил на мостик.

– Ну уж! – сказал Воробей. – Душа-то не умирает, значит, где-то он и сейчас есть. Со Слепым, которого видел.

– Если туманницы есть, то и душа есть, – сказал Шонек куда-то в сторону.

– Душа… – проворчал Нарк.

Воробей обернулся опять.

– Ты что-то говоришь?

– Душа не у всех есть, – громче сказал Нарк, настороженно косясь вправо: там ему померещилось какое-то движение. – У нашада нет. Лорд говорит, у людей без маэто тоже души нет. И мы навсегда умираем.