Загадка

 – Я ему кричу, да нет, даже уже ору!!! – последнее, реально, проорал он, от чего некоторые позакрывали уши. – А он как будто не слышит меня! Но я-то виииижу…, – прищурился он, едва пригнувшись, – что он просто издевается надомной. Я попробовал ещё раз, но, на этот раз он меня просто послал! Так ещё и палец – вот этот, показал! То есть: «на хрен», – оскорблённо развёл он руками оглядываясь на всех, от чего весь зал показательно ахнул. – Ну так и я о том же! Что я ему сделал? Я лишь старался…, ему…, от всей души – помочь!.

. А он вот так…, – (снова ахнул весь зал причмокивая и якобы сожалея). – Ну, – пожал он грустно плечами, – ну а что мне оставалось делать? Ну не оставлять его – такого, на дороге, вот – такого, быстрого как комета! Опасного! Ну, я… Ну что я, – снова отхлебнул, после вытер свою бороду и добавил, – пришлось его остановить, – (пауза), – насильственно, так сказать. Ну, короче, я достал свою саблю, и как тогда, в годы борьбы за независимость, эээээх! – замахнулся он. – И сделал что был обязан. Да, – (кивнул он), – для чего меня отец создал. Отец?…, – посмотрел Боб в потолок, и после, показал сжатый кулак правой руки с поднятым большим пальцем вверх, и гордым кивком добавил, – я у тебя хороший сын. Ну короче: к-а-а-а-а-а-к – дал! По его, той самой руке, что и показала мне этот средний палец, и отсёк её к чертям собачьим. Райдер согнулся, схватился за обрубок, и-и-и-и-и-и – полетел…, кубарем по асфальту. Я уж думал ему конец, но – нет! Живучий…, засранец оказался. Я остановился; слез со своего коня; глянул на него…, а тот, вы себе не представляете! – словно сам был удивлён плескал он эмоциями.  – Подорвался, и – давай на утёк от меня! Ну я байк свой снова завёл; развернулся не спеша, и сорвался в галоп в вдогонку. Ну, и…, – опустошил до дна он Боб свои остатки пива, и недвусмысленно кивая головой, окончил, – Ну и догнал. Ммм-да…, – (задумчивая пауза). – Но, вот – зачем!? – буквально взорвался он. – Зачем так гнать?! Зачем подвергать себя и других опасности! Ведь ты же можешь лишить своих детей отца или матери, или, – снова, с недвусмысленной болью закивал он, а в этот момент ему ещё подливали пива, – или, не дай бог, погубить другую семью. Разрушить семью. Ммм-да…, – отхлебнул он свежего, холодненького, что снова кусало за язык. – Скорость, ох…, – поморщился он, – она губительна, и не оправдана. Ну, написано же на знаках…, – протянул он так, словно воистину пытается переубедить, – кровью же написано…

Конец ознакомительного фрагмента.