Эксклюзивный контракт

Ещё вина будешь?

Отрицательно мотаю головой.

– Гуд. Пойдём наверх. Кое-что тебе покажу.

Я поднимаю зад с дивана и чувствую вялость в ногах. Что-то я сегодня совсем разошлась с алкоголем. Поднимаюсь за ним, стараясь не выдать своего самочувствия. Он поддерживает меня за руку. Как джентльмен прям. Но я-то знаю, что он мерзкий мелкий жулик, меня теперь не проведёшь.

На втором этаже я прошусь в туалет. Зеркало в уборной демонстрирует, что я несколько раскраснелась. Умываюсь холодной водой. Хорошо, что я без макияжа сегодня.

Он встречает меня из уборной и провожает в просторную комнату. Кровать не застелена. Его жена совсем что-ли от рук отбилась, только по бутикам ходит? Во мне что-то закипает, глядя на мятую простынь.

– Я сегодня спал один, – словно отвечает он на мои мысли. – Марго ночевала у своих родителей. Она собиралась вернуться к шести вечера, но её косметолог заболела, и она придёт домой на пару часов раньше. Она писала мне об этом. Но я не читал.

Над кроватью висит на булавках потёртый в углах постер, как разворот старого журнала.

С другой стороны кровати висит плакат с афиши. Лицо к лицу, перчатка к перчатке. «Сергей Арестов VS Доминик Стейтор. Бой на звание абсолютного чемпиона в первом тяжёлом весе».

Он открыл шкаф и вытащил два здоровенных пояса с бляхами. На темно-зелёном написано World Champion WBC, на чёрном World Boxing Association WBA.

– Я стал бы абсолютным чемпионом мира, если выиграл тот бой и взял третий пояс, – показывает Сергей на афишу.

– Но третьего пояса здесь нет, – констатирую очевидное.

– Нет.

Я чувствую горечь, с которой он это говорит и всю боль, что преследует его до сих пор. Она тут. В этой комнате. В этих двух плакатах и двух поясах. Напоминания, что каждый день терзают душу. Это не просто большое поражение для него. Эта какая-то черта.

– Это был твой последний бой, верно?

– Да.

– Почему ты не попытался снова?

Вместо ответа он подходит ко мне вплотную. У меня слабеют коленки от запаха его шеи. Он смотрит куда-то вдаль. В окно. Его пальцы расстёгивают верхнюю пуговицу на моей блузке. Он наклоняет голову ко мне, обхватывает рукой мою шею и большим пальцем направляет подбородок вверх. Вторая его рука расстёгивает пуговицы одну за другой. Кончики пальцев лишь слегка касаются моей кожи, и она покрывается мурашками.