Роза чёрного рыцаря

Другой его человек отирался возле команды.

– Времени зря не теряет – третий Кармину обхаживал. Интересно, что ему нужно? Моё досье есть в каждом порту, да и Льюис с ним, а он знает обо мне больше, чем официальные бумаги.

Пока она размышляла и доедала последние крошки, в рубку поднялся Кирк.

– Капитан, моя вахта, – он пристально посмотрел на неё и добавил немного мягче: – Отдохните, вид у вас утомлённый.

Амели и не заметила, как зашло солнце и в помещениях зажёгся свет.

– Спасибо, Кирк. Как дела в моторном отсеке? Дерек говорил, что один из двигателей ведёт себя странно.

Механик Дерек Симмонс, тощий невысокий парень, был самым молодым среди мужской части команды, но таким задиристым и рукастым, что никакая дедовщина его не коснулась. Амели высоко ценила его навыки, они не раз выручали.

– Пока что всё в порядке. Возможно шестерни немного истёрлись, но это нужно перебрать на земле весь двигатель, чтобы глянуть.

– Хорошо. Кирк, я перечитывала записи отца, посмотрите тоже.

Амели кивнула на раскрытые журналы, и Молли проводила её к себе, в который раз попеняв на отсутствие тёплой одежды на крючках у лестницы – так, мол, и заболеть недолго.

Но Амели закалилась за время жизни на дирижабле, ветра и холод высоты бодрили и приводили в порядок мысли. На верхней палубе студёный ветер пробрался под одежду, разметал широкие штанины, растрепал волосы и вызвал улыбку. Амели не знала, что можно любить сильнее неба, она давно забыла и разлюбила жизнь на земле: в этих задыхающихся от угольного смога городах, среди сточных канав и непрекращающегося людского гомона.

Она немного постояла у перил в одиночестве – повариха не любила холод и скрылась в недрах второй палубы. Небо было чистым и звёздным – к сожалению, освещение дирижабля мешало насладиться красотой в полной мере. Амели перегнулась через борт и задорно улыбнулась: на обратном пути можно будет полетать, она давно не доставала из трюма свой воздушный аппарат. Конструкцию, напоминающую соединённые крылья, когда-то купил papa, и она с первого раза влюбилась в свободу, которую даёт планирование.

Наверное дело в её драконьей сути, пусть и приглушённой – ей хотелось парить словна птице. Но среди женщин с меткой нет летающих, крылья положены только Королеве.

***

Сон был беспокойный. Она кружила вокруг дирижабля, но впереди была буря, облака клубились, как дым от пожара, и в этой серо-чёрной завесе выступало вперёд огромное лицо. Оно искажалось гримасами, скалило рот и звало её по имени.