Победы не будет. Возмездие

После того, как в поле внимания Дюка попал невзрачный, впереди располагающиеся тёмный перекрёсток – его сердце, как то не хорошо сжалось…

В этом тёмном перекрёстке…, стоит тёмный джип…, и в этом тёмном джипе…, в тёмных креслах…, сидят спецы – темного дела…

«Они», тихо, наблюдали из тьмы соседнего квартала, как «словно в замедленном кино», в их сторону несётся обезумевшая фура. Как, боец в технологичном костюме, на пассажирском сидении, заметив автомобиль на перекрёстке, сфокусировал свой взгляд на окнах джипа и…, увидел, их… В тот момент, тёмные незнакомцы, увидели – и его… И не какие преграды, зримые и не зримые, не могли ослепить их всевидящий – электронный «глаз».

Дюк, рассмотрел на передних креслах – двух спецов. Эти ребята, были здорово экипированы. А один из них (что сидел на пассажирском переднем кресле), с суровым, и холодным немецким лицом – пристально взирал на, «его»…, через ручной массивный прибор наблюдения.

– Вот и «они»… – протянул себе под нос, Дюк.

– Кто «они»!? – воскликнул Стахов.

– Девятка… – не ясно ответил Беннет, не отрывая «них» взгляда «словно зачарованный».

Дюк увидел и почувствовал их, а «те», почувствовали – «его». Близкие по духу…, по крови…, они чувствовали своего «словно снайпер, снайпера – через оптический прицел», «словно хищник…, заглянув в глаза хищнику»…

Полицейский радиоэфир не кричал, нет…, он орал – коллективной истерией…

Предполагая и перебирая различные варианты (кто о террористах, кто о мародёрах), но, «эти»…, четыре человека, которые сейчас провожают взглядом, взгляд «семиглазого бойца» (который сейчас зачарованно уставился на «них»), только что убедились в том, что их чутьё, надёжно как швейцарские часы в любое время, и погоду.

– Я так и думал… – холодно произнёс немец. – На перехват. – убирая прибор наблюдения, добавил он. – Мы не должны позволить «ему» далеко уйти.

– Вас понял полковник – выполняю. – (ничуть не теплее) ответил водитель, включил передачу и надавил на газ.

– Это спецназ… – обернувшись и возвращаясь в реальность, ответил Дюк. – Там, на перекрёстке, чёрный джип стоял. – его глаза были такие «словно он увидел самого люцифера на той злосчастной улице».

– Может тебе показалось, брат!? – не желая верить в это, мчась на слегка подуставшем грузовике посреди городской черты, отвечал Стахов.