Измена. Вернись, я всё прощу!

Служанка уже поставила чайник и две чашки на небольшой столик между шкур, разложила фрукты и кумранские сладости. Я чувствовала лёгкий голод, поэтому жестом пригласила гостью полулечь, дождалась, когда служанка разольёт чай и уйдёт, прикрыв за собой дверь, и только потом спросила:

– Я вижу, тебе не нравится комната в традиционном западном стиле. Наверное, ты не привыкла спать на полу, среди трофейных шкур?

– Мы не такие дикари, как вы. Мы, видишь ли, привыкли к более утончённой жизни. А вы как будто всё ещё живёте в пещерах.

– В пещерах мы почти не живём, но на золоте некоторые по-прежнему спят. У нас, в отличие от юга, богатая страна.

Она разозлённо фыркнула, когти слегка увеличились.

– Я не намерена дальше обмениваться с тобой любезностями, Рея, я прилетела по делу. По крайне важному для нас обеих делу.

– Тогда переходи к сути, не намерена тебя задерживать дольше необходимого.

Мы заговорили крайне формально. Если честно, Тамине удавалось меня доставать.

– Мэорих пропал.

Ей удалось меня удивить.

– То есть как это – пропал?

– Сначала мы думали, что он полетел возвращать тебя, поэтому не очень волновались. Но он не дал о себе знать.

– Вороньей почтой письмо не отправил?

Она ещё раз фыркнула.

– У нас есть более современное средство для общения. Зеркала. Они позволяют видеть на расстоянии.

– А, всё-таки вы спутались с колдунами. Южане никогда не отличались разборчивостью в связях.

– Ты всё-таки выслушаешь меня! Не перебивай!

Вспышка её злости оказалась неожиданной для меня.

– Понимаешь, мы не можем найти ни следа Мэориха. Зеркала не работают. По идее, они должны показывать любое существо даже против его воли.

Я задумалась. Но решение есть.

– Магия против магии. Я думаю, раз колдуны придумали этот артефакт, они могли придумать и то, что глушит его.

Тамина выглядела потрясённой.

– Это мне в голову не приходило. Вот видишь, это ещё один довод за.

– Довод за что? – в мою голову уже закрались подозрения.

– За то, чтобы ты нашла его.

– Почему я?

– Ну ты же любишь его. Он твой ни мэ. Почему я должна объяснять тебе очевидное?

– Знаешь, твой братец мне изменил. И я это видела собственными глазами. И после такого ты думаешь, что я захочу его искать?

– Изменил? Я не знала. Мне жаль.