Отсчёт. Топи

В самую гнусную, грязную и тёмную его часть, где я ещё ни разу за время пребывания в Алитте не была – ни с Таши, ни с кем-то из Шёпота, ни сама по себе. В ту часть города, которую сознательно избегала и не спрашивала о ней, как и об Аметистовом квартале, об истинном лице которого уже могла бы и догадаться благодаря слухам и вскользь мелькавшим обрывкам фраз.

Натягивая капюшон ниже, шарахаясь от выпивших мужчин и полураздетых женщин, накрашенных куда ярче, чем привыкла видеть при дворе и на званых вечерах, чувствуя тяжёлый густой воздух, пропитанный дымом и бражным перегаром, я быстро перебирала ногами и старалась не поднимать головы.

Череда неудач продолжалась – в порт недавно зашли сразу три корабля, и соскучившиеся по суше матросы вовсю кутили, слоняясь от кабака к кабаку, таская за собой целую свору охочих до денег девиц и праздных гуляк, надеявшихся угоститься за компанию. Что пытался выискать здесь Азор? Я не знала, да и задумываться над этим не хотела – к горлу подступал склизкий ком тошноты, живот крутило от тревоги, и трудно было дышать свободно.

Сидя на чердаке с Таши, обсуждая с Кирино план по разоблачению Цикады и работорговцев, посещая балы и литературные вечера, просто гуляя по городу с кем-то из Шёпота, тренируясь во дворе гильдейского дома или в поместье Тамери… пожалуй, я не хотела признаваться себе, что мир вокруг бывал не только тёплым и светлым. Я сознательно отгородилась от ужасных воспоминаний, от того короткого эпизода в своей жизни, когда мне было страшно, больно, когда я могла умереть.

Я позволила себе спрятаться за мэтра, воспользовалась его добротой, боялась столкнуться с чем-то подобным ещё раз. Да и вообще, много чего… боялась или не хотела замечать.

Стало тошно, но уже – от самой себя. Мне повезло очутиться в Шёпоте, мне повезло, что Таши решил сунуть нос в дела отца, и благодаря этому нашёл меня, мне повезло, что он оказался таким понимающим и в глубине души совестливым, что ему не всё равно, что со мной будет… А могло ведь и не повезти? Могло?.

.

Сглотнув противный комок, я глубоко вдохнула и лишь на миг прикрыла глаза. Но этого мига хватило, чтобы из-за моей невнимательности неловкий взмах руки пьяного матроса сбил капюшон на плечи. Пока не было видно лица, из-за роста, комплекции и мешковатой одежды, я вполне походила на спешащего по поручению слугу или посыльного. И не зря Азор советовал не снимать капюшон, ох не зря! Соскучившиеся по женщинам матросы – хуже изголодавшихся волков.