(Когда) я буду с тобой

Надеюсь, нет ничего плохого в том, что я рассказал ей?

– Старейшина? Эта женщина во главе племени?

– Если бы не бабушка Туи, – подала голос Мирика, – нас бы не приняли в нараньши!

– Так значит вы полноправные кочевники? – сделав козу из пальцев, Грегори повертел рукой в воздухе. – Где ты ещё успел побывать за полтора года, Логрэд?

– Мы не покидали Аласто всё это время.

– Но, как и многие, – хмыкнул Грег, – заслышав сказку про другие государства по ту сторону Мёртвых Земель, ринулся в сторону Стены без раздумий?

Рэд опрокинул последние глотки чая в себя и долгим взглядом посмотрел на Грегори.

– Вы тоже верите в эти сказки, не так ли? Иначе не попросили бы отправиться с вами в Столицу.

Проходчик не намеревался продолжать разговор на эту тему. По крайней мере, сейчас. Он отвернулся от Вериа и принялся щекотать зевающую Мирику, споря с ней о необходимости отправиться спать. Девочка сдалась почти сразу и уползла отвоёвывать одеяло у Рейки.

В напряжённой тишине, прерываемой треском костра, голос старейшины Туи прозвучал зловеще.

Договорив, старуха поднялась, низко поклонилась мужчинам и ушла. Грегори дёрнулся было к револьверу, но вовремя остановил себя, вопросительно посмотрев на Логрэда.

– У нараньши старейшины иногда рассказывают пророчества, – лёгкая улыбка тронула губы проходчика. – Вам обещают долгую дорогу, женщину с грозовыми глазами и…

– Тпру, стой! – прервал его доктор. – Не особо хочу знать свою судьбу. Да и не верю я во все эти чудачества.

– Старейшина знала, что вы отнесётесь к её словам подобным образом.

– И всё-таки, что забыл в Столице ты? – рискнул спросить Грег.

Зябко поёжившись, Рэд вздохнул и поправил одеяло на плечах. Он догадывался, что рано или поздно пытливый ум доктора захочет получить ответы на множество вопросов. Проходчик также знал, что Грегори не будет лезть в чужую тайну, если его попросить. Но дело было в том, что тайны никакой не существовало…

– Мотаться от пастбища к пастбищу с кочевниками – не жизнь.

Может, для кого-то, но не для меня точно. Я бы с радостью выбрался из этого места и увёз с собой Мирику. Беда лишь в том, что других мест нет. Из Дженто никуда не деться. Дженто въедается в кожу, отравляет плоть, завладевает разумом. Мы все – её пленники.

– А как же мятежники? Лет пять назад, кажется, нашлись какие-то смельчаки, бросившие вызов Столице.

– Я участвовал в подавлении мятежа, – голос проходчика звучал глухо. – Не думаю, что найдётся кто-то ещё.