Проект «Любовь»

Если Даша ошиблась, ее папа влетит по полной программе – объект очень дорогой, а штрафные санкции могут реально подорвать материальное благополучие господина Черного. Тогда мне его будет жаль.

Взгляд Рокотова снова скользнул по моим коленкам. Видимо, мои чулки крепко засели у него в мозгу.

– Нам ехать минут сорок, – сообщил Рокотов. – Не возражаете против музыки?

Я отрицательно мотнула головой:

– Нет, конечно, не возражаю.

Не в моих правилах требовать от заказчика изменять своим привычкам.

– Как относитесь к Моцарту? – поинтересовался Рокотов.

– Классику люблю, – призналась я.

Моцарт однозначно лучше сладенькой попсы и шансона. И то и другое я терпеть не могу, но, волею судьбы, это в приоритете у моих клиентов. Богатенькие дамы и девицы предпочитают что-то о любви, море, крыльях, поцелуйчиках и прочей розовой белиберде.

А большинство наших состоятельных клиентов-мужчин имеют бурное прошлое. Слишком бурное, так что шансон – это точно про них и для них. Ну, или в лучшем случае слушают, что-то из начала двухтысячных на английском. Тогда это для меня просто бальзам на душу – не особо понятно, о чем речь в песне.

Но с Моцартом я ошиблась. Я совсем забыла о его «Реквиеме». Именно его и врубил на полную катушку Рокотов. Прекрасная музыка, но когда вы несетесь по трассе под двести километров в час, «Реквием» наводит на определенные мысли о бренности жизни и вечности.

В зеркало заднего вида я заметила еще один черный внедорожник, который ехал за нами как приклеенный. Видимо, личная охрана олигарха. Почетный конвой, так сказать.

– Почему вы выбрали мужскую профессию? – неожиданно спросил Рокотов, прервав мои философские размышления.

– А почему нет? – вопросом на вопрос ответила я.

– Непривычно видеть девушку в качестве конструктора.

– Не всем же девушкам быть дизайнерами-архитекторами.

– И тем не менее? Или секрет?

– Нет, не секрет, конечно. Когда передо мной встал вопрос, куда поступать после школы, я решила, что хочу освоить профессию, которая будет меня хорошо обеспечивать. И позволит стать независимой.

– Вы очень разумны, – он не скрывал иронии.

– Есть такой грешок, – парировала я. – Не вижу в этом ничего плохого.

– И я тоже, поверьте.