Право первой ночи. Свобода за любовь

Как бы не была хорошо подготовлена девушка физически, противостоять мужчине сложно, особенно если она связана. Кудрявцев сильно избил ее, она обратилась в полицию. В итоге все решили миром – Кудрявцев заплатил немалые деньги, а девушка забрала заявление. Но в «Эсперанцу» вход ему заказан раз и навсегда.

– Что-то еще есть?

– Возможно, Кудрявцев ходит по шлюхам до сих пор.

– Не удивлюсь, если это так. Где-то он должен давать выход своим низменным инстинктам, – бедная Лидия! Если бы она только знала, с каким уродом собирается связать свою жизнь!

– Поспрашивать по другим агентствам? – услужливо поинтересовался Артем.

– Пока не надо, этого вполне достаточно для общей картины. Благодарю за работу.

Я повозился с айфоном и у Артема звякнул мобильник. Он посмотрел сообщение:

– Это вам спасибо, Дмитрий Павлович.

– У меня будет для тебя еще одно задание.

– Всегда рад поработать.

– Выясни дату свадьбы Кудрявцева и Спириной. И узнай, когда буде мальчишник. А я не сомневаюсь, что он будет.

Кудрявцев слишком любит производить впечатление на окружающих.

Артем ушел, а я налил себе еще виски.

Похоже, я понял, чем привлекла меня Лидия. И что редко можно увидеть у других девушек. У Лидии вид жертвы. Женщины, подобные ей сами не знают об этом, но на них словно стоит клеймо.

Есть в облики Лидии что-то неуловимое, что притягивает таких психов как ее дорогой Ян. И таких, как я. В ее взгляде сквозит покорность и обреченность. Жертвенность, если угодно.

Такой всегда была моя мама.

Она долго не могла понять и принять, что отец вьет из нее веревки. Даже когда он едва не убил ее и меня, мама продолжала жить с ним. И выполнять все его дурные прихоти. Сколько лет мне понадобилось, чтобы убедить маму уйти от отца!

Не позавидую бедняжке Лидии, если она выйдет замуж за этого психа. А она выйдет. И будет терпеть его, жалеть, ублажать. И вообще делать все, что он пожелает. Она будет любить его. Искренне, до самозабвения. Ведь она – вечная жертва.

Попробую раскрыть Лидии глаза на Яна, иначе у девушки будет не семейная жизнь, а настоящий ад.

Вот только захочет ли она слушать меня? Думаю, что нет.

Она слепо верит Яну. Как моя мама когда-то верила отцу. Ничего хорошего из этого не получилось.

Мне показалось, я снова ощутил прикосновение ее руки на шраме. Легкое, трепетное, почти невесомое. Нежное, бережное. Она касалась кожи как ангел крылом. Лидия и сама похожа на ангела, потерявшегося в жестоком мире.