Молодая хозяйка старой усадьбы

Глаза у Октавии загорелись. Дядя расплылся в довольной улыбке. Даже Леопольд соизволил улыбнуться.

– Баронесса, я слышал, вы затворница? Но вы просто обязаны посетить мой бал. Сделайте ради меня исключение, – галантно склонил голову лорд Фарел.

– Конечно, я непременно буду, – Аманда заметила, как улыбки сползли с лиц ее родственников.

Приглашение на бал – это прекрасно. Балы в пансионе не отличались пышностью. Ведь благородных девиц украшает скромность. В качестве кавалеров приглашали учеников Университета.

Аманда любила танцевать. Это у нее отлично получалось. Она не пропускала ни одного танца. Не было кавалера – танцевала с подругой. Аманда растворялась в музыке, забывала обо всем на свете. Бал – это волшебно, прекрасно! И она ни разу не была на настоящем балу.

Опекун не считал нужным выводить подопечную в свет. Зачем тратить на это время и деньги? Без приданного замуж она все равно не выйдет.

Все провожали лорда Фарела, стоя на крыльце. Ричард ловко вскочил на вороного жеребца, поднял его на дыбы и помахал рукой.

Вернулись в дом. Дядя сразу побежал в спальню к жене.

– Интересно, в чем ты собираешься идти на бал? – ехидно поинтересовалась у Аманды Октавия.

Она с досадой забрала у кузины шаль матери и придирчиво рассматривала шелк, проверяя, нет ли пятен или затяжек.

– Не знаю, – пожала плечами девушка.

– Своим согласием ты поставила нас в неловкое положение, – строго заметил дядя Альфред, вернувшись от супруги.

– Значит, я никуда не поеду, – кротко согласилась Аманда.

Но для себя уже решила, что попадет на бал любой ценой. Только родне об этом знать необязательно.

Неожиданно на пороге появилась Норберта. Легкая болезненная белизна покрывала ее лицо.

– Зачем ты встала, дорогая? – кинулся к ней муж.

Но она властно остановила его. Подозрительно глянула на Аманду, потом на столик. Но горничная уже убрала с него посуду.

– Я отлично себя чувствую, – отрезала тетя Берта. – Все прошло так же неожиданно, как и началось.

– Лорд Ричард пожелал тебе скорейшего выздоровления, – обрадовала мать Октавия.

– Надеюсь, никто не будет обсуждать этот инцидент. Мои нервы порой шалят.

– Тебе надо заняться здоровьем, – заботливо заметил Альфред и пододвинул жене кресло.