Следующее января

Следующее января

Мария Фомальгаут

Мысли бьются в голове перепуганными бабочками, Вайлин, Вайлин, что за ересь он нес, а если не ересь, а если он знает что-то, чего не знаем мы… Кто мы такие, кто приручил нас, кто привел нас из леса, а если правда никто, а скрипка, а точно ли был Андреа Амати, или не было никакого Амати, а были дикие скрипки в темной чаще, пели свои дикие мелодии в свете полной луны…

Следующее января

Мария Фомальгаут

Иллюстратор Мария Владимировна Фомальгаут

© Мария Фомальгаут, 2019

© Мария Владимировна Фомальгаут, иллюстрации, 2019

ISBN 978-5-0050-1761-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ключи на песке

…в следующий раз я бросил в песок ключи от дома, которого у меня никогда не было, – чтобы узнать, иду я по своим следам или нет.

Впрочем, это ничего не дало, да и не могло ничего дать – слишком много лежало ключей на моем пути, как, впрочем, и всего остального, – осколков чаш, сломанных колес, разбитых кирпичей.

Порой я бросал предметы чуть раньше – например, это могли быть обломки костей или пустые раковины – но про них я забывал, конечно, еще быстрее. Еще пару раз я оставлял надписи на песке – но к тому времени, когда я добирался до этих записей, если добирался – я уже успевал начисто забыть, что именно писал самому себе, не мог разобрать ни одного знака.

Мой путь начинался с…

…а с чего, собственно, начинался мой путь? Если я скажу – с аммонитов, ползающих по дну океана, это будет неправдой. Если я скажу – с первых костров – это тоже будет неправдой. Потому что я сам не знаю, где начало, где точка отсчета – и нисколько не удивлюсь, если она окажется в стеклянных высотках, или там, где ездят скрипучие экипажи, а может, даже там, где огромная луна в полнеба озаряет остроконечные руины – все, что осталось от нашей цивилизации.

Где кончался мой путь, я тоже не знал. Проще всего было сказать, что это петля без начала и конца – но чем дальше, тем больше я сомневался в этом. Я пытался оставить вехи самому себе – но все время забывал про них…

Так было до того момента, когда мой путь пересекся с другим путем. Это было не просто странно, это было страшно – другой путь.