Мертвые крылья

Мертвые крылья

Мария Фомальгаут

Вайю сложил пальцы, свистнул в темноту – не повторит, не передаст человеческий язык эти трели. Так, может, тот, кто сам был птицей, и помнит, как это – быть птицей. Что-то заклокотало и зацвикало в ответ, человек прислушался, побледнел.

Мертвые крылья

Мария Фомальгаут

Иллюстратор Мария Фомальгаут

© Мария Фомальгаут, 2018

© Мария Фомальгаут, иллюстрации, 2018

ISBN 978-5-4490-7484-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Чуить хотел попасть в город еще до рассвета, но замешкался в пути, прибыл засветло.

Нет, не совсем засветло – солнце еще не коснулось высоких ветвей города, оно только ласкало небо. Такой вот час, когда еще нет рассвета, но знаешь – он будет. Город приближался, большой и красивый, зеленый, шумящий – он свиристел и щебетал. Вот, кажется, Вайю мелькнул в зарослях – Чуить устремился к нему.

– Стоять! – стражник расправил крылья, взмыл в небо перед незваным гостем, – кто летит?

– Летит гость, добрый гость летит с миром.

Надо бы склонить голову, но как трудно, когда паришь в воздухе. Машешь крыльями, чтобы не упасть.

– С миром, говоришь? – сомневается стражник.

– С миром, с миром. С миром и добром.

Так положено. Не скажешь, что летишь с миром, не будет мира. А без мира сюда нельзя. Город все-таки.

– Имя? – не отстает стражник.

– Меня зовут Чуить. Чу-уить.

– Чив-в.

– Счастья тебе.

– И тебе счастья, мно-ого, мно-ого счастья, – страж разводит крыльями, будто хочет обнять весь мир, показывает, как много счастья желает гостю.

Познакомились, подружились. Обменялись веточками жасмина – чтобы и тому и другому было хорошо. Чуить полетел дальше. Тяжело лететь, когда тащишь тяжелую ношу, а она больно оттягивает лапы – три раза ронял по дороге. Как хорошо, что эта штука не бьется и не ломается. Да еще и ветка в клюве – тяжело.

Внизу город. Большой город, на целую рощу – город. Гнезда, гнезда и гнезда, яркие мужчины, невзрачные женщины, кричат птенцы, цветут цветы.

Здесь хорошо – но все-таки шумно, в деревеньках лучше. Там поют и танцуют, а здесь все спешат куда-то. Увидят что-то внизу – и полетят с дерева, как горох.

Вайю уже не мелькает. Кажется, вот он, за ветвями, вот его красные перья, а полетишь туда – никакой не Вайю, сидит старый дед или молодой щеголь. Ничего не поделаешь, придется полететь к его гнезду, через весь город с тяжелой ношей. Сел на ветку передохнуть, съел орешек, полетел дальше.