Ангел для кактуса

Мне не интересно, что происходит внутри, – меня в принципе напрягает его присутствие.

Наконец он уезжает. И тогда я отодвигаю коробку с суккулентами, разуваюсь, забираюсь с ногами на подоконник и усаживаюсь в «позу лотоса». Таким поведением я провоцирую маму, потому что мне не нравится ее затянувшееся молчание – а оно продолжается ровно с того момента, как мама отогнала свою машину во двор и вернулась обратно в магазин.

Я кладу расслабленные руки на колени и нарочито сосредоточенно втягиваю носом воздух.

Это срабатывает.

– Не выгибай поясницу. Держи спину прямой, – морщится мама.

– Почему я должна так делать?

– Потому что так правильно.

– Правильно было бы взять с него деньги!

– Лина, – теперь мама не смотрит на меня, она собирает высокую каркасную стойку для больших кашпо, – у Алексея есть машина и желание помочь. Он сам привезет недостающие растения, в то время как я буду спокойно заниматься магазином.

Я понимаю, что мама права, но не могу так просто сдаться.

– А если он опять что-нибудь испортит?

– Что значит «опять»? Ты предвзято к нему относишься.

То есть он своей самодовольной ухмылочкой уже успел очаровать маму?

Я снова жадно втягиваю носом воздух.

– По его милости мы лишились лучших сортов пахифитумов, а ты так спокойно об этом говоришь! А вдруг…

– Надеюсь, «а вдруг» не случится, потому что ты все проконтролируешь, – режет мои доводы мама.

– Кто? Я?

Спрыгиваю с подоконника, обеими носками точно попадаю в кеды и, стоптав задники, спешу в противоположный конец магазина, чтобы заглянуть в глаза несправедливой карательнице.

– Можешь считать Алексея всего лишь помощником на колесах, если тебя такой вариант больше устраивает, – ровным тоном сообщает она. – Хочешь взять под контроль закупку – пожалуйста!

Кажется, мама не понимает, что меня переполняют отнюдь не положительные эмоции.

– Но…

– Но я не стану возражать, если ты доверишь эту миссию Алексею.

Что-о-о?

– Ну уж нет! – фыркаю я.

Этому супчику даже клочок бумажки доверить страшно! Кошусь на начерканные им кривоватые цифры, что изуродовали белое поле, и, пытаясь справиться с негодованием, возвращаюсь к полке с растениями.

Передвигаю туда-сюда крошечные кашпо и никак не могу отделаться от навязчивой мысли: как-то слишком легко он расстался со своим паспортом.