Д(т)ень оборотня

Мурашки побежали по коже, и Дана вдруг сообразила, что хотела бы повторить этот миг, но только уже в полном здравии Севера, и своём, конечно, тоже. Кажется, он всё-таки ей нравился, даже слишком, или она попросту не понимала, что с ней такое происходит. Какой же дурой она была в детстве! Хотя, конечно, тогда всё было по-другому. Но сейчас… Сейчас она уже с жадностью осматривала не только лицо, но и тело своего бывшего повзрослевшего врага. Да как такой может не понравится?! Он почти что идеален, этот Северский, чёрт его побери!

Разозлившись на себя и чтобы отвлечься от чересчур навязчивых мыслей о привлекательном парне, что сейчас спал практически в её объятиях, Дана принялась разыскивать глазами хотя бы тот же подорожник.

Благо, лекарственное растение здесь росло в немереных количествах, и было доступно на расстоянии вытянутой руки.

Сорвав крупный светло- зелёный лист подорожника, Дана аккуратно приложила его к ране на животе Севера. Тот во сне беспокойно заёрзал, но девушка инстинктивно прижала его голову плотнее к своему животу, и Стас мгновенно успокоился, вновь ровно засопев.

А Данка, зарыв пятерню в его слегка волнистых густых волосах, с наслаждением подумала, что когда они ещё вот так будут близки с этим несносным Севером, который в детстве столько ей крови попортил, что страшно было вспоминать.

И вот чего было ждать от него теперь?

Данке думать не хотелось.

Сейчас ей просто необходимо было побыть рядом с ним, как Стас того просил.

Но, конечно, в первую очередь ради себя…

Глава 13

Где-то орал во всё горло петух, а вот комар жужжал прямо над ухом, и было ощущение, что лежит она не в своей кровати, а на свежей траве, прохладной у земли и пригретой солнцем снаружи.

Стоп! А ведь так оно и было! Данка было дёрнулась, чтобы подняться, но кто-то со смешинкой в глазах удержал её силой, не давая даже пошевельнуться.

–Тише, тише… – лукавая искорка так и плясала в глазах Севера, прижимавшего её к себе интимным жестом – немаленькая, надо сказать, грудь Даны уткнулась в накаченную грудь этого нахала и не могла привычно вздыматься, повинуясь дыханию.

– Что ты себе позволяешь…

«Тоже мне, святая невинность» – произнося это, подумала про себя Данка. У самой аж живот в узел скрутило от этого его жеста.

– Там пастух дядя Коля, трёх своих бурёнок на луг ведёт. – весело пояснил Север. – А за ним баба Маня идёт еле-еле. Но, думается мне, глаз её по-прежнему зоркий, даже спустя столько лет.