Демон

Разгоряченные парочки удаляются на второй этаж: кто-то вдвоем, кто-то втроем, а кто-то в гордом одиночестве засыпает, не доходя до лестницы. Я замечаю, как одну пьяную девицу два парня ведут на второй этаж, и меня передергивает от неприятных мыслей.

Перед глазами двоится, но я все равно плетусь на кухню, чтобы залить спиртным горечь поражения Демону. Я теряюсь в пространстве, а громкая музыка превращается в сплошной гул. В ушах звенит, и как только веки закрываются, между висков взрываются тысячи звуков. Я зажмуриваюсь, и чьи-то губы начинают целовать мои, руки гуляют по моим бедрам и талии.

– Адам, – шепчу я.

– Называй меня, как захочешь, крошка, – отвечает чужой голос, и я резко распахиваю глаза.

Тошнота подкатывает к горлу: нет ни татуировок, ни горького аромата, ни серо-голубых глаз. Передо мной стоит незнакомый парень, и его ладони жадно лапают меня за талию.

– Отвали, – кричу я, пытаясь вырваться из силков.

От происходящего становится так паршиво, что кажется, будто на меня вылили ведро грязи. К глазам подступают слезы. Я оглядываюсь и замечаю, что танцы подошли к концу: большинство студентов разошлись по домам, кто-то уснул на первом этаже, кто-то – на лестнице.

Я ищу Джулию. Не найдя ее, решаю подняться наверх. По шуму и смеху становится ясно, что вечеринка переместилась на второй этаж и закрутилась с новой силой, но уже в интимной ключе. Я заглядываю в комнаты: в одной играют в карты на раздевание и, видя меня, приглашают присоединиться, в другой пьяные студенты штабелями лежат на кровати и на полу.

Атмосфера стоит настолько неприятная, что хочется сорваться домой, но в пьяном состоянии опасно выходить на улицу, так что лучше найти свободную комнату и отоспаться. В конце коридора настежь распахнута дверь. Из спальни тянется приглушенный свет. Я уже предвкушаю сладкий сон, так как усталость и алкоголь наливают свинцом веки, но как только я заглядываю в комнату, сон снимает рукой, и я становлюсь трезвой.

На кровати лежит та самая блондинка в нижнем белье красного цвета, а рядом с ней – Адам, и он страстно целует ее. Девушка изгибается под его прикосновениями, с ее губ срываются томные вздохи. Я замираю. При тусклом свете татуировки Адама переливаются: на широких плечах застыли надписи, разноцветные узоры и замысловатые животные.