Двойной бренди, я сегодня гуляю

Но целые сутки? Неужели рейс отменили, и он взял другой? Или ему просто не терпелось?

Регулярных рейсов между Барнардой и Марсом не было, и любопытствующий одиночка наподобие Лаи оказывался перед выбором из двух вариантов: совершить утомительный транзит через Землю или присоединиться к очередному экспедиционному вылету. Второй вариант был ненадёжен – экспедиций с Барнарды могло быть три-четыре в неделю, а могло и не быть месяцами. Но Лаи, видимо, подвернулась возможность, которой он не преминул воспользоваться. Судя по номеру, это был именно прямой барнардский рейс.

– Хорошо хоть не сегодня, – наливая себе воды, добавил он. – Чёртовы письма! Двадцать четвёртый век на дворе, а космическую почту так и не можем наладить!

До него не сразу дошло, что письмо было написано по-английски.

3. ЧТО ТАКОЕ РАСИЗМ

Барнарда, 13 декабря 2309 года по земному календарю.

– Боюсь даже спрашивать, – со смехом сказала Лика, – подходит ли моя одежда для выступления на барнардской конференции.

– Напрасно, – учтиво ответил Лаи.

Официант в белой рубашке и чёрных шортиках подал им местный десерт, заказанный по совету Лаи – обсыпанное пряностями печенье, плавающее в тарелках с фруктовым соком. Коннолли лизнул сок, как дегустатор, пытаясь определить его ботаническую принадлежность.

– Украшения? – смутилась Лика. – Но я не взяла сюда никаких украшений.

– Это поправимо, – тут же отозвался Лаи. – Купите внизу в лавке венок из живых цветов. Стоят они совсем недорого, и можно подобрать такие, которые вам подойдут.

– Вот видишь, Лика, – злорадно произнёс Коннолли, хрустя печеньем, – мы поквитались. Мне предстоят шорты, тебе – цветочки на голове.

– Я всегда знал, Патрик, что до джентльмена тебе далеко, – сказал Лаи, аккуратно зачёрпывая ложкой сок. Старомодное слово забавно звучало в его устах. Лика снова погрузилась в изучение горожан.

Конечно, барнардцы лишь на первый взгляд казались похожими друг на друга, как клоны. Рассматривая их более внимательно, можно было заметить, что они отличаются ростом; кто-то был посветлее, кто-то – посмуглее; цвет их волос варьировал от каштанового до угольно-чёрного, немного различался и разрез глаз.