Тело Милосовича

Марко, сидевший рядом с ним, напрягся, его пальцы сжали подлокотники кресла.

– Тебе незачем это видеть, – сказал ему Бакерия. – Подожди нас в машине.

Марко с посеревшим лицом встал и, стараясь не смотреть на экран, вышел из кабинета.

Бакерия повернулся к главврачу института:

– Остановите!

Тот изобразил на лице услужливое внимание и щелкнул пультом. Картинка замерла.

– Как это понимать? – спросил Бакерия, едва справившись с эмоциями.

– Мы уже произвели вскрытие, – ответил главврач, отводя взгляд.

– Почему не дождались нас?

– Чтобы посмертные изменения тела не помешали установить причину смерти. Вы же знаете, вскрытие по возможности положено производить как можно раньше.

– Вот именно – по возможности! – с нажимом произнес Бакерия.

– Ну да. Возможность была, и мы ею воспользовались.

– Ее не было!

– Да? Почему?

– Потому что мы еще не прибыли.

– Но мы не могли ждать так долго.

– Нет, вы вполне могли подождать. Дело касается сердца. На нем посмертные изменения сказываются не так быстро.

Спешить было некуда.

– Это вы так полагаете. А у нас на этот счет есть своя точка зрения. Кроме того, мы уже произвели вскрытие. Мы не были уверены, что дело именно в сердце. Будем смотреть дальше?

Бакерия не ответил, и главврач опять нажал кнопку на пульте. Начался просмотр видеозаписи вскрытия. Бакерия, подавив раздражение вкупе с возмущением, сосредоточился на происходящем на экране.

По ходу фильма несколько раз делали остановки и обсуждали детали вскрытия.

Бакерия не мог не признать, что, если судить только по записи, вскрытие было проведено грамотно и причина смерти установлена достоверно. Если, конечно, камера фиксировала то самое тело и то самое сердце.

Могло оказаться и так, что на экране им демонстрировали смонтированную запись. В Голливуде это называется «подмена кадра» – трюк, учитывающий особенности восприятия человека. Зрителю кажется, что он видит одно действие, показанное то крупно, то мелко, то опять крупно.

На самом же деле его дурачат самым беспардонным образом, монтируя вместе разрозненные фрагменты действия так, чтобы на экране оно воспринималось одним целым, да еще и придавая кускам красочности компьютерной обработкой.

Но то кино, там зритель готов обмануться и хочет быть обманутым. За это и деньги платит. Они же прилетел из Москвы не для того, чтобы посмотреть кино про вскрытие, а чтобы лично провести вскрытие. Бакерия мрачнел все больше.