Университет прикладной магии. Попаданкам закон не писан!

И только я одна осталась в центре круглой сцены, словно у позорного столба. И что они будут делать? Отчитывать?

– Назови свое имя, дитя, – обратился ко мне сидящий по центру мужчина. На вид он был уже немолод и вообще опасений не внушал. Этакий старый добрый дядюшка, если бы у меня такой имелся.

– Катерина, – представилась я тем именем, которое как-то само собой ко мне тут приклеилось.

– Ты знаешь, где находишься, Катерина?

– Немного, – я покосилась на Луиджи. – На Совете магов, да?

Мужчина кивнул и ободряюще улыбнулся.

– Расскажи нам, что случилось во время занятия первого курса факультета целительства и травничества.

Ага. Рано обрадовалась, рано. Инструкций как таковых мне никто не выдал, что говорить, придется решать самой по ходу дела. А я так и не выяснила, как поступают в этом мире с попаданками.

Хотя Милана же учится вроде…

– Я не знаю, – сказала я уверенно, правда же не знала. – Я уже все рассказала ректору и начальнику охраны.

– Ваша дерзость неуместна, – проворчала строгая дама с крайнего левого кресла. – Вам задает вопрос сам Глава Совета Огден!

Я потупилась и извинилась. Лучшая стратегия – со всеми соглашаться, пока на меня откровенно не наезжают.

– Советница Корделия, – обратился к ней Глава Совета, – будьте снисходительны к девочке. Наша задача разобраться, что произошло, а не слепо осуждать.

Одним словом, наш суд – самый гуманный суд в мире.

– Я не знаю, что случилось, – повторила я, хотя меня не спрашивали.

– Вы не студентка Университета прикладной магии, – вдруг заговорил еще один член Совета, длинноносый дед с жидкой бороденкой. – Ответьте, как вы оказались на занятии и на его территории вообще без студенческой печати?

Мм… Действительно, как?

– Случайно.

И во вранье меня никто упрекнуть не посмеет. Ну я-то точно знала, что не вру, а вот члены Совета мне определенно не поверили. Госпожа Корделия раздраженно и показательно громко цыкнула:

– Мы вынуждены принять меры. – Она посмотрела на Главу Совета, а я мысленно прокляла ее по седьмое колено. Глава кивнул, сделал какой-то пасс рукой, и передо мной на уровне живота возник стеклянный шар размером с волейбольный мяч.