Дзюсан. Академия-фантом

В коридоре горел приглушенный свет. Она мышкой скользнула за угол, тихонько спустилась по лестнице и немного успокоилась, только когда покинула крыло общежития и попала в основное здание. Здесь точно никого не должно быть в такой час. Проходя мимо лестницы на второй этаж, Николь уловила посторонний звук. Притаившись в тени, прислушалась. Звук повто-рился.

Кто-то шаркающими шагами передвигался по буфету.

Николь боялась даже вздохнуть. Шаги приблизились, из арки появилась невысокая фигура и направилась в сторону холла.

– Кимура-сан?

Голос принадлежал Макалистеру, но его самого Николь пока не видела, однако воображение уже нарисовало высокую подтянутую фигуру, короткие рыжие волосы и теплую, всегда будто бы немного извиняющуюся улыбку, впрочем, едва ли сейчас мужчина улыбался.

– Доброй ночи, Макалистер-сан, – спокойно поприветствовал его шеф-повар.

– Плохой сон? Не вполне понимаю…

– Мучают кошмары? Почему в такой час вы не в постели?

Николь придвинулась ближе и аккуратно выглянула из укрытия. Посреди холла друг против друга стояли Кимура и Макалистер, и отчего-то ей померещилось, как над ними сгущается атмосфера.

– Не знаю, на что вы намекаете, Кимура-сан. Мне незачем бояться кошмаров, моя совесть чиста.

Сората оперся на одну ногу, сместившись чуть влево и открывая обзор на напряженно вытянувшегося Макалистера.

– Аналогично. А вы поэтому бродите по академии при полном параде?

– А вы в пижаме!

– Вы невероятно наблюдательны. – Приятный мягкий голос Сораты похолодел. – Я десять минут назад поднялся с постели. И это не пижама.

Николь вжалась в стенку, не зная, то ли смеяться бессмысленному препирательству мужчин, то ли переживать, как бы дело не приняло нежелательный оборот. В любом случае, подумалось ей с некоторым облегчением, сегодня едва ли удастся поговорить с комендантом.

– Я не желаю ссориться с вами, Макалистер-сан! Тем более среди ночи.

– А я с вами не ссорился, это вы почему-то ко мне цепляетесь. И у меня акклиматизация!

– Говорите или по-английски, или по-японски, я вас не понимаю.

– Не делайте из меня дурака!

Николь дошла до лестницы и не знала, чем закончился их разговор.

Следующим утром она ощутила все прелести нечистой совести и нарушенного слова.