Академия небытия. Как не умереть дважды

Я права?

– Кудряшова, ты не безнадежна, – с серьезной миной то ли похвалил, то ли унизил Амилота. У меня немного поднялось настроение, так что я предпочла остановиться на варианте с похвалой. Тоже подскочила, помотала руками и ногами и подтянула узел чужой рубашки на боку.

– Тогда погнали!

Надолго моего заряда бодрости не хватило. Хоть солнце и не палило в макушку, шагать по ухабам, глотая пыль и любуясь монотонным пейзажем, было не только скучно, но и утомительно. Радовало лишь, что Мия отставала сильнее, плетясь за нами с красным, как у вареного рака, лицом.

– Я пить хочу, – пожаловалась Мия. У меня была бутылка, любовно хранимая в сумке на крайний случай. Пока я боролась с совестью, Амилота остановился и повернулся к нам.

– Скоро совсем похолодает. Давайте пройдем еще немного и будем устраиваться на ночлег. До утра все равно не получится никого отыскать.

Мне не хотелось ныть, но от марш-броска босиком болели ступни. Кожа у меня была по-змеиному прочной и не такой нежной, чтобы пораниться от мелких камешков и колючек, но приятного все равно мало. И вот нам предлагают «пройти еще немного». Что-то это «немного» тянется уже часа три.

Амилота поймал мой взгляд и вздохнул.

– Ждите здесь, я схожу на разведку, осмотрюсь.

– Да я, стоя на месте, могу осмотреться на сотню километров в любую сторону, – возразила я. – Это чертова равнина. Если бы тут было что-то интересное, мы бы давно увидели.

А ведь не хотела ныть…

– Ты не права. Местность менялась, просто это не так легко заметить. Сейчас стало меньше растительности и больше песка.

– Так, может, тогда повернуть обратно?

Мия охнула, ей мое предложение не понравилось.

– Не надо назад, – попросила она.

Амилота закатил глаза, но промолчал. Махнул рукой и сел на землю. Чутье подсказывало не лезть к нему сейчас, так что я плюхнулась неподалеку и вытянула ноги. Пить тоже хотелось, а еще есть. И домой.

Солнце почти полностью скрылось за горизонтом, и небо окрасилось градиентом от темно-синего до золотисто-алого – очень живописно. Сумерки плавно опускались на землю, и вдалеке уже ничего было не разглядеть.