Сказка о золотом мальчике

Дитя плакало от боли, вот только, что у него могло болеть так сильно?

В комнате уже было убрано, все разошлись. Покинутый всеми мёртвый малыш лежал на кровати рядом с Грэйс. Она, казалось, только заметила его.

– Боже, что это?

Уильям взял мёртвого сына на руки. Слёзы потекли по лицу мужчины.

– Мы будем любить Алена за двоих.

– Дай мне его!

– Зачем?

– Я сказала, дай!

Теперь у неё на руках было два сына, одинаковых, как две капли воды.

– Вот теперь всё в порядке. Оба моих сыночка со мной.

– Опомнись, Грэйс, у нас только один сын.

– Не говори чушь. Вот видишь, два?

«Да она обезумела!»

– Мы должны похоронить его.

– Кого?

– Ты прекрасно знаешь кого.

– Не дам! Положить такое крохотное существо в холодную землю?

– Тебе надо отдохнуть.

– Ты прав. Глаза слипаются.

Пока жена спала, Уильям обо всём договорился. Крохотный гробик… Боль была невыносимой. Но больше всего его беспокоило, как с этим ударом справится его жена. Он очень любил её, несмотря на тяжёлый вспыльчивый характер, и очень боялся за рассудок Грэйс.

Ведь у них теперь есть сынишка с белым пушком на голове и синими, почти чёрными глазами, дух захватывало от этой красоты. Уильям сел за стол, подперев голову руками. Он устал за эти дни, эта извечная погоня за лишним центом, а теперь их трое и придётся работать вдвое больше.

Из дремоты, в которую он начал погружаться, его вывел страшный крик. Мужчина бросился в спальню.

– Он мёртв! Билли, я убила нашего мальчика! – кричала Грэйс, вне себя от горя.

Уильям подскочил к ней, попытался обнять, но жена оттолкнула его.

– Не прикасайся ко мне! Я убийца!

– Успокойся, милая. Он уже родился мёртвым.

Грэйс посмотрела на него бешеными глазами.

– Над нами проклятие! Я знаю.

– Малышка, у тебя были тяжёлые роды. Кто же мог предположить такой исход?

Ален пискнул. Грэйс сразу же схватила его, прижала к себе, дала грудь.

– Его надо похоронить?

– Конечно, как же иначе?

– Ты такой холодный, здравомыслящий, – с презрением произнесла Грэйс.

– Не говори так, мне больно не меньше, чем тебе. И я оплакиваю нашу потерю, но теперь мы должны думать и об этом чуде, а не только о себе.

– Ты прав, прости меня.

– Я люблю тебя. И спасибо за этот драгоценный подарок.

Они оба вглядывались в личико сына, пытаясь предсказать его будущее, но малыш, уже насытившись, спал.

– Он улыбается, клянусь Всевышним!

Уильям погладил огрубевшей ладонью головку сынишки.