Сезон ветров. Книга первая. Академия магии

Мало того, что пока мы подъезжали, нам встречались дорожные знаки, а также таблички на разных языках, указывающие на то, что проезда дальше нет, так еще и сама стена была защищена «отводящими» заклинаниями, чтобы ни один человек, сюда не приглашенный, не смог проехать. Или пройти.

Уинс прибавил скорости, когда дорога немного выровнялась, и включил фары. Еще мгновение и мы попали в зону сплошного сумрака. Сам туннель был полукруглым, достаточно широким, чтобы проехать двум машинам. После яркого солнца не ясный свет фар был особенно тусклым, но постепенно глаза привыкали к темноте.

И весь этот туннель насквозь пронизывал стену вокруг Академии Диллейн. Как уже стало ясно, эта стена выполняла оборонительную и защитную функции. Уинс рассказывал мне о том, что помимо своей основной задачи, стена, конечно же, была напичкана множеством различных защитных заклинаний. Ведь не только люди могли случайно забрести в эти края, но и темные маги или колдуны.

Только те, кто был приглашен в Академию официально и не имел злого умысла, могли попасть на территорию беспрепятственно.

– Скоро приедем, – сообщил Уинс, и внутри меня невольно зародилось волнение, пробежавшись стремительной волной по всему моему телу.

Вдалеке наконец-то показался свет, и туннель перестал казаться слишком мрачным. С каждой секундой свет фар переставал быть необходимым, по мере приближения к выходу все больше меркнул на фоне солнечных лучей.

Я снова глянула на своего двоюродного брата. По мере того, как дорога становилась все более ровной, он стал чувствовать себя немного более уверенно. Я улыбнулась, подумав о том, что для меня эта поездка впервые в жизни, а вот для Уинса это было возвращением.

Уинс был намного старше меня. То есть в мои семнадцать он казался мне таким взрослым в свои двадцать семь.

Но, несмотря на то, что он уже был довольно взрослым, выглядел он молодо, совсем не скажешь, что ему двадцать семь. Ему максимум можно было дать года двадцать два, и как я любила шутить – он хорошо сохранился.

Благодаря родственным связям мы с Уинсом во многом были похожи.