Падший ангел

– Если только… – начал было парень, а потом запнулся и задумался, – если только… – он снова попытался, но у него не вышло. – Черт!

Он залез в карман своей куртки, затем во второй, потом нервно улыбнулся мне и забрался под куртку, пытаясь попасть в карман своей толстовки. Оттуда он извлек бумажку, и, откашлявшись, прочитал.

– Если только хладный воин не посмеет забраться так далеко, – закончил он, и радостно улыбнулся мне. – Ну, так что там?

Он спрятал свою бумажку и уставился на меня.

– Что там? – Уточнила я.

– Да, – закивал тип. – Что там с демоном? Кого ты вычислила?

– А, да, – подтвердила я. – Верно, демон. Записывай, где он находится.

Тип растерялся, пощупал себя, понял, видимо, что ручка не предвидится, быстро улыбнулся мне и даже вздохнул.

– Я запомню.

– Хорошо, – пожала плечами я. – Сейчас развернешься, – парень исправно кивнул в знак того, что понял меня, – сделаешь примерно десять шагов, затем присядешь и помолишься, чтобы тебе не отрубили голову.

Парень продолжал кивать, пока до него не дошел смысл моих слов. Он быстро глянул мне в глаза, затем нервно сглотнул и стал похож на затравленного зверя перед хищником. Очередная нервная улыбка, я натянула свою ухмылку ему в ответ, он сначала осторожно отступил, а затем рванул со всех ног подальше от меня. Из тени деревьев выплыла осторожная вкрадчивая тень.

Ци’лакьер. Настоящий теперь.

Он не показывался мне полностью, скрывался в тени деревьев, разглядеть его было практически невозможно.

Эти воины обладали огромной разрушительной силой, более того, каждый маг, даже начинающий, мог спокойно понять это по одной простой вещи: как только появляется такой воин, тебя сразу прибивает к земле, словно притяжение становится в два раза сильнее.

Все было именно так, как описывал мой учитель. Воин не подходил ко мне близко, он замер возле дерева, которое росло в трех шагах от меня. Судя по позе, он держал руки на своих клинках в ножнах на поясе.

– Проверка? – Вскинула брови я.

– Не каждый может выйти на нас, – размеренно заговорил явно мужчина, уже совсем не мальчик. – Зато многие считают нас порождением зла и желают нам смерти.

– Но вы же действительно убийцы, – заметила я.