Проклятая амфора

Мегакл ей улыбнулся, но в ответ получил холодный взгляд.

– Я сама способна отстоять свои интересы.

– Извини, – мужчина поднял руки. – Я не хотел тебя обидеть. Вообще-то я не имею привычки лезть в чужие дела, но смерть дяди выбила меня из колеи.

Голубые глаза оттаяли, девушка протянула ладонь для рукопожатия.

– Ксантия, – назвалась она. – А это моя подруга Глафира.

Из-за ее спины выглянула рыжая девчушка лет шестнадцати, со взбитыми наверх кудряшками и курносым носом. На плече у нее болталась увесистая сумка лекаря, а в кулаке она сжимала поводья черного осла с наглой мордой.

– Финей – твой дядя? – спросила брюнетка. – Мы слышали о нем. Сочувствую.

– А мне показалось, что вы не местные, – заметил Мегакл.

– Так и есть, – выступила вперед рыженькая. – Но мы остановились в гостинице, которую содержит сестра врача. Он пришел к ней утром ужасно мрачный и рассказал, что не успел спасти пациента.

– Он не единственный, кто не успел, – горестно вздохнул мужчина.

 – Я спешил сюда из Афин в надежде обнять дядю, представлял, как он обрадуется моему подарку. И опоздал. Может, если бы я пересел на другой корабль, да не поскупился на перемену лошадей, то приехал бы раньше и предотвратил его смерть.

– Каким образом? – выгнула красивую бровь Ксантия.

– Ну не знаю, – мужчина раздосадовано сжал ладонями виски. – Может, он испугался той амфоры, и сердце не выдержало? Будь я рядом, успокоил бы его.

– Какой амфоры? – прищурилась Глафира. – Случайно не той, на которой сцена с убийством детей Ниобы? Наша хозяйка только о ней и говорит.

Вроде бы, сосуд предвещает скорую кончину, появляясь в спальне обреченного.

– Чушь, – отмела Ксантия.

– Да… – рассеянно согласился Мегакл. – Вот только ее видели в шести разных домах. И каждый раз там кто-то умирал.

– Не верю я в проклятия, – твердо заявила рыженькая. – Тут что-то нечисто.

– Мы все выясним, – безапелляционно заявила брюнетка и утешающе похлопала его по плечу.

Глава 4.

Неотправленное письмо

Глафира шлет Никандру привет. Дорогой учитель! Прости, что начинаю письмо не с вопросов о твоем здоровье и благополучии, а с жалоб и просьб. Я попала в затруднительную ситуацию. Ты, без сомнения, помнишь таинственного незнакомца, который спас меня в младенчестве и привез к бабушке. Так вот, нам удалось встретиться и поговорить. Как выяснилось, не только я обязана ему – он вернул Ксантию к жизни, потому что очень любил ее.