Кто ты, Иуда?

 – Какой еще парень?! Вранье! Игорь – просто следователь, который занимался делом Костика Стрельцова.

– Гриша уверяет, что тебе поступило предложение, если не руки, то сердца, – прищурилась мама.

– Больше слушайте! – вышла я из себя. – Был такой разговор, но я отказала, тема исчерпана. Ну Гришка, ну болтун! Жаль, что я не занимаюсь боксом, как Мира, а то бы врезала ему хорошенько!

Гришка Ярополов – мой двоюродный брат. Так уж вышло, что он был свидетелем нашего предыдущего расследования. В результате той истории он нашел возлюбленную – женщину вдвое старше себя, которую моментально возненавидела вся родня.

– Ты не ругайся, – примирительно попросил папа, уловив в выражении моего лица нечто угрожающее. – Ева, отстань от ребенка. Ну, подумаешь, про парня умолчала. Не все ж тебе докладывать.

– Да нет у меня никакого парня! – взревела я и вытряхнула содержимое сумочки, чтобы найти телефон.

– Але, – прочавкал Гришка, хрустя каким-то фруктом.

– Ты что про меня понаписал, Конан Дойл фигов?!

– Да ничего особенного.

– Приплел мне своего приятеля!

– Это же просто авторский вымысел, – оправдывался брат. – Понимаешь, в любом произведении должны быть высокие чувства, иначе выйдет скучно.

– Рассказал бы про себя!

– Так я ж не главный герой.

– Но почему пострадала именно я? Придумал бы Мире какого-нибудь ухажера.

– Я что, похож на самоубийцу? Между прочим, у меня до сих пор лицо болит – у нее кулаки, как гантели.

– Сам виноват: нечего было шуршать пилкой в нашей калитке – тебя перепутали с домушником, вот и получил. Я бы сейчас охотно добавила пару затрещин лично от себя.

– Не злись, сестреныш, – заныл Гришка. – Зато ты прославишься! У Шерлока Холмса имелся доктор Ватсон, а у вас я.

И что на это скажешь? Остается только надеяться, что он проиграет в конкурсе другим, более удачливым писателям.

– Не стоит делать из мухи слона, – назидательно сказала мама. – Лучше сходи в библиотеку и позови Юлю обедать – она с самого утра сидит там безвылазно.

Библиотекой мы называем небольшую комнатку, где теснятся разномастные шкафы и стеллажи, забитые книгами.