Наследники

Умиротворенную атмосферу, в которой я спокойно наслаждаюсь чтением, сменяют топот, крики и громкие разговоры студентов.

– Ты?

Не ожидала увидеть Альберту так скоро. Казалось, она получила свое и имеет право позабыть о «подруге».

– Маман едет. Лучше мне быть поблизости. Вдруг пожелает поговорить с дочкой?

Я резко спрыгнула с подоконника.

– Надеюсь, у преподавателей нет вопросов?

Я отрицательно замотала головой.

– Да расслабься ты! – успокоила Альберта. – Она только побеседует с директором в уютном кабинетике.

В коридоре резко стихло. Захлопнулась последняя дверь. И горбатый студент скрылся за углом.

– Мне нужно идти, – не веселым голосом сказала я. – Факультатив по журналистике.

– Можно с тобой? – неожиданный вопрос Альберты повис в воздухе. Я запихнула книгу в рюкзак.

– Идем, только скорее. Преподаватель – мистер Грин, запомни. Многие считают его предмет необязательным. Я же нахожу его лекции довольно познавательными.

– А на какую тему?

– История поп—музыки.

– Интересненько, – Альберта без разрешения взяла мой рюкзак.

Не совсем беру в толк, к чему излишняя забота, нет, наверняка переживает, что мамочка докопается до правды и запрет в золотой клетке.

Весь долгий подъем на третий этаж Альберта расхваливает успехи ненаглядного Патрика, какой он замечательный, но вот беда – друзей не поддержал, отказался от поездки в Южную Страну.

– Там мой отец, Мон, Группа, студия и перспективы! А он в контракт с Пеном уперся. Говорит, не откажется, если предложат.

Глупый. Морган уверен – вернется. Подуется, построит обиженного и прилетит первым рейсом.

– Быстрее, – торопила я Альберту.

– Познакомилась с кем—нибудь? – она подтолкнула меня.

– Да… Нет…

Не могу признаться, что парня нет, а «предмет обожания» в новой жизни студентки Кристы имеется. Сердце подрыгивает и в нервную дрожь бросает, если он притоптывает каблуками ботинок в коридоре. Темные вьющиеся, зачесанные к вискам волосы, делают его одновременно модным и смешным. Студенты прозвали его «Гринчиком» и обожают смеяться вслед, я смотрю на мистера Грина иначе.

Помню, как пряталась на преподавательской стоянке, выслеживала его. Уже приготовилась выбраться из укрытия, как во дворе остановилась машина. Мистер Грин вышел на парковку, а жена его передала ему портфель. И тонкие детские ручки потянулись обнять отца. В тот самый день я прозвала его «предметом обожания».

– Здесь, – сказала я и приоткрыла дверь.

Аудитория, на удивление, заполнена.