Музыкант и наследница

Он знал, что запишет очень личную песню… И… Он не мог допустить, чтобы грязные руки Льюиса Пена добрались до его новой мелодии… Когда от свободы Группу отделяет серия летних выступлений и пара осенних, завершающих большой и масштабный гастрольный тур концертов, билеты на которые раскупили еще в начале года. А потом его ждет передышка. То, что он задумал, будет отличаться от всего, что делала Группа десять долгих лет. И его не пугала перспектива сменить стадион на маленький клуб. Вопрос, как к перемене стиля отнесутся остальные музыканты…

– Эй! – услышал он голос Бетт Андре.

 – Не заснул там? Я слишком утомила описанием платья Розы? Прости, заболталась.

– Не извиняйся, все в порядке, немного задумался. Пытаюсь поддержать тебя, даю советы, а сейчас подумал – что я сам понимаю в этой жизни? У меня был выбор, я его сделал. Всегда считал, что ради Группы, а утром вдруг осознал, что ради карьеры.

– Нет…

Бетт Андре шептала в трубку, и необходимая ему поддержка долетала и через расстояние, разделявшее их.

Анри Смит услышал в ее голосе искренность, но не смог согласиться с тем, что она предлагала.

– Я всегда винил корпорацию, что у Группы коммерческая музыка… Молчи, знаю, что ты скажешь – потерял чувство реальности, меру таланта, славы и успеха. Но я несу весь этот бред, потому что кроме тебя мне не с кем поделиться!

– Пойми, кризис случается у всех. Музыканты по—разному переживают этот момент, но со временем приходит понимание, что они упустили в жизни что—то важное и ценное, и возвращаются к чему всегда стремились – просто писать музыку.

И иначе быть не может. Ты долго и усердно работал на свое имя, и теперь, по истечении десяти лет, имеешь полное право насладиться привилегиями. И если устал от Группы, то просто займись другим проектом.

– Тогда у меня не останется времени на тебя! В общем, я хотел рассказать о другом. Мы с Моном обсудили предстоящие переговоры. Если Льюис Пен откажется предоставить творческую свободу, то мы не продлим контракты. Может встретимся во вторник? Сегодняшний день я точно проведу в студии, а в понедельник Билли устроил съемку на телевидении.

Репетиция, как обычно, продлится до позднего вечера, после которой усну мертвым сном до утра вторника.

– Хорошо, договорились. Жаль, что не могу поцеловать тебя через трубку.

– Мне тоже жаль, милая, все, люблю тебя, – сказал Анри и отключился.

– Тоже люблю тебя.

Коробка с пластинками с шумом съехала на пол, а из пишущей машинки вывалился исписанный лист.