Музыкант и наследница

Петер плохо видел, но очки не носил из принципа, предпочитал контактные линзы, которые округляли и без того выпуклые глаза.

Читая статью, Петер позволил себе два раза улыбнуться. Бетт Андре сидела в кресле молча. Звонок Эдварда не выходил из головы. От скуки она принялась пересчитывать черные кружки на ярко—красном ковре.

– Неплохо, – сказал Петер. – Я знал, что могу доверить рассказ о Туртане тебе.

Бетт Андре язвительно улыбнулась, а Петер вложил распечатку со статьей в черную папку, лежащую на заваленной другими бумагами тумбочке—приставке.

– А теперь к делу, – сказал он и положил обе руки на стол. – Звонили представители известного тебе музыканта по имени Анри Смит. Они задумали новый проект – публикацию неожиданных фотографий и сведений, не известных ранее поклонникам Группы, что меня заинтересовало. Они настояли, чтобы я отпустил сотрудника на пару недель на репетиционную базу, заверив, что для точного эффекта требуется непосредственное присутствие обозревателя на месте…

Прогноз Эдварда оправдался и по второму пункту.

– Видимо коллеги вдохновили, – он закашлял, прикрыв рот рукой. Затем встал. Подошел к окну и приподнял немного жалюзи.

Лучи солнца ослепили Бетт Андре. Она отвлеклась от подсчета кружков на ковре. Стала смотреть на фотографии в «ЖЕЛТИ».

– И что ты нашла в нем? – тихо бормотал Петер. – Рядом с тобой ежедневно находятся такие… такие персоны, с положением и деньгами, не испорченные звездностью… и которым ты не безразлична…

Он сделал паузу.

– … Так, на чем я остановился? Представитель Группы просил отпустить обозревателя. Отказать не смог, слишком заинтересован предстоящим проектом. В понедельник на работу можешь не выходить, я уже подписал приказ о командировке. И с нетерпением жду первый отчет, скажем к 16.

Бетт Андре отбросила газету на соседнее кресло и не смела перебивать Петера. Она решила приберечь храбрость для последнего слова.

– Анри Смит держится в стороне от прессы! Отчетливо вижу, как фанаты Группы раскупают наш журнал с его фотографией на обложке! – восклицал он.

– Разрешите идти? – вдруг спросила Бетт Андре.