Ради его любви

– Я споткнулась! Всё хорошо! Просто сумка перевесила, и я полетела! Вы видели? – говорила Анька сквозь смех и слёзы.

– Тебе больно? – я пыталась выяснить, почему она держится за ногу.

– Да! Я ударилась мизинцем, всё нормально! Вы видели, как я летела? – она продолжала смеяться, и это успокаивало меня.

– Покажи палец! – наконец, сказал Павел и взял Аньку за ногу. Он снял со ступни пушистый розовый носок и посмотрел на мизинец. Палец опух, и краснота уже сменялась синевой.

– Ай, аккуратнее! – взвизгнула Анька, когда Павел пошевелил её мизинцем.

– Я не врач, но очень похоже на перелом – спокойно сказал Павел.

– Ничего он не сломан! Я просто ударилась о перила, я сто раз так спотыкалась, ничего страшного! – разубеждала нас подруга. Она попыталась встать на ногу и захромала: – Ай!

– Надо приложить лёд! – сказал Павел, встал и пошёл на кухню. Он, как всегда, был спокоен и точно знал, как надо действовать. Тем временем Анька попыталась сделать пару шагов, проверяя на сколько всё серьёзно.

– Вот! Так совсем не больно! – сказала она.

– Ты так и будешь ходить на одной пятке? – спросил Павел, возвращаясь из кухни с пакетом льда.

– Пока да! – ответила Анька, давая понять, что никакой палец её не остановит. Свои планы она менять не намерена!

Павел взял полотенце, обернул им пакет со льдом и приложил его к Анькиному опухшему пальцу.

– Держи лёд, если перелома нет, скоро пройдёт – сказал он.

– А если есть? – спросила Анька, делая вид, что интересуется всего лишь из любопытства.

– Тогда надо ехать в травматологию и ставить лангет, чтобы кость ровно срослась, и твой пальчик остался таким же красивым.

Павел не хотел пугать Аньку и старался уговорить её по-другому.

– Ну вот вечером и съездим! После аквапарка! – сказала Анька, рассматривая свою ногу.

– Может, не надо ехать в аквапарк? – попыталась я вразумить подругу. – Дима поймёт, здоровье важнее! – неуверенно сказала я.

– Ещё чего! – ответила Анька. – В смысле, не надо? Я там бегать не собираюсь, а, чтобы плавать, мне мизинец не нужен! – возмутилась она.

– Как скажешь – мне было понятно: разубеждать её бесполезно, но я ещё надеялась. Был один человек, кого она могла послушать и, судя по часам, он вот-вот должен был прийти.