Куда приводят мечты

– И-и-и! – визжала девчонка в зелёной толстовке, измазанной грязью. Она пронеслась мимо Белкиных. Следом бежали два парня, которые тоже вопили. Дунаев вздохнул, поглядев на своих «археологов».

– Можно вопрос?

– Да, конечно. – Начальник раскопа опять посмотрел на сестёр.

– Почему здесь воняет?

Дунаев в ответ рассмеялся:

– Обычно все начинают именно с этого! Конечно, здесь попахивает, но вот я уже привык, почти не чувствую. А что же вы хотите? Тут так долго жили люди – несколько веков. Скот держали.

Вот и накопилось. В нашей влажной почве сохраняются, увы, не только ценности.

– Во влажной почве? – глупо повторила Майя.

– Вы не в курсе? Ах, ну да, конечно. И, наверное, не знаете, почему именно здесь раскоп на каждом шагу, хотя древних городов в России много?

Девочки кивнули.

– Почва в Новгороде влажная и глинистая. Это плохо для крестьян, ещё хуже для тех, у кого астма. Но для археологов – прекрасно! Дело в том, что от древних эпох до нас обычно доходят лишь вещи из камня и глины.

А дерево, кожа, одежда – всё быстро сгнивает. Но только не здесь. Влага как бы запирает вещи под землей, их консервирует. Понятно? Доступ воздуху отрезан.

– А при чём тут воздух?

– Как при чём? Ведь в воздухе микробы. А они способствуют процессу гниения.

Девочки задумались. Дунаев улыбался: видимо, на лицах у сестричек отражались мысли.

– Никогда не понимала, почему все эти вещи – то, что вы ищете, – в земле? Их что, туда зарыли? – вдруг спросила Юля.

А потом, косясь на скучные находки (кости, деревяшки, черепки), добавила: – Какой смысл?

Этот вопрос показался профессору очень наивным, и тот совсем развеселился. Девочки ему явно понравились. Наверно, за лето он соскучился по лекциям, поэтому рассказывал подробно, отвечал на все вопросы.

– Никто не зарывал. Их просто потеряли. Или выкинули. Если мы оставим на земле какой-нибудь предмет, то вскоре и он станет археологическим. Слой почвы постоянно нарастает: за счёт пыли в основном.

– Выходит, что земля как бы сама засасывает все предметы?

– Вроде того.

– Тогда, – сказала Юля, – получается, чем глубже вещь лежит, тем она старше!

– Молодец! – сказал профессор. – Ставлю «пять»! Соображаешь! Исходя как раз из этого находки и датируют! Вот тут, к примеру, время Дмитрия Донского. Через месяц докопаем до Ивана Калиты. А там, глядишь, и Рюрик...

– Интересно, – рассуждала Юля. – Вот в Египте-то копают...