Водители дирижаблей. Похищенная ученица

Задача – найти в себе место, свободное от мыслей, точку покоя и тишины, а затем выделить ее в своем сознании в отдельную область. Эта часть вашего разума и обеспечит постоянный контроль над магическими структурами любой сложности. Разделить сознание непросто, но возможно. Я хочу, чтобы сейчас вы опустошили свой ум. Никаких мыслей, волнений, только пустота. Ищите это место. Забудьте о постороннем шуме, об окружающей обстановке, обо мне. Никаких страхов, печалей, желаний. Есть только вы и пустота. Глаза не открывать.

Не спать. Итак, приступаем.

Задание оказалось действительно сложным. Еще бы! Сидеть, не двигаться, не думать, забыть обо всем на свете. Внезапно безумно захотелось почесать нос. Помучавшись, я все-таки потерла его и начала заново. Внутренний монолог не прекращался, наоборот, он ускорился. Мысли словно назло выбирались из тьмы сознания и кружились вокруг, звенели, как колокольчики: «А вот и я, а вот и я». Раздражение росло. А вдруг не получится? А вдруг никогда не получится? А если меня сюда привезли по ошибке? Минут через десять тренировка окончательно опостылела, и я просто сидела с закрытыми глазами, периодически пробуя сконцентрироваться на пустоте.

Слух обострился. Магистр бродил рядом и шептал адептам замечания. Мимо меня тоже прошел, остановился ненадолго, но именно в тот момент я активно концентрировалась, и лорд удалился. Время текло медленно, но рано или поздно все заканчивается, закончилось и это тупое сидение на коленях.

– Прекратить концентрацию! Открыть глаза и встать.

Разлепив веки, я потерла гудящую от напряжения голову и с трудом поднялась. Другие адепты испытывали те же трудности. А вот пятеро студентов бессовестно уснули!

Гарс ухмыльнулся, щелкнул пальцами, и, откуда не возьмись, на ребят вылилась вода. Те подскочили, нецензурно ругаясь, а народ у края стадиона громко захохотал. Ехидно оскалившись, магистр направился в учебный замок.

Ребята подкалывали заснувших, представление всех развеселило.

Вскоре однокурсники начали расходиться, а мы с Хельгой поспешили к бледной и припухшей Ингрид.

Бывшая актриса опустилась на землю рядом с девушкой:

– Ты как?

– Я боюсь его, – едва слышно отозвалась баронесса. – Даже смотреть на него не могу. Мерзкий, страшный, один его вид душу вынимает… Еще эти гадкие татуировки на руках. А глаза… ужас, он же нас всех ненавидит! Никто и никогда еще меня так не позорил…

Снова послышались всхлипы.