Землянки – лучшие невесты. Шоу продолжается

И прямо из обморока поползла бы прочь отсюда, подальше от страшного Шайрана!

– Так это… это… – Дракон явно растерялся, глаз слегка задергался. – Волновался за вас. – И тут же нашелся: – Камеры почему-то отключились. Что случилось с камерами?

– Сломались, – сухо отозвался Шайран.

– Все сразу? – удивился дракон.

– Да.

– Я могу пройти? Их, наверное, стоит забрать и починить…

Шайран неопределенно повел плечами и посторонился, впуская дракона в комнату. Тот поднял камеры с пола, с удивлением осмотрел.

– Странно. По ним как будто сильным разрядом техномагии шандарахнуло.

– Короткое замыкание, – все так же сухо сказал Шайран.

Тут уже я чуть не поперхнулась, даже закашлялась немного, скрывая нервное хихиканье.

Дракон только хмыкнул, снова осмотрелся.

– Значит, ничего не произошло? Все в порядке?

– Да, Шан, все хорошо. Можешь идти, – просверлив его взглядом, ответил Шайран.

– Ну, хорошо…

Когда названный Шаном ушел, Шайран запер дверь и снова ко мне повернулся. Хотел подойти, но я отступила на шаг и выставила перед собой руку.

– Постой, пока я в здравом уме и твердой памяти, незамутненной яркими впечатлениями, хочу услышать это от тебя.

– Что именно? – с веселой усмешкой Шайран приподнял бровь. – Хочешь услышать, что я теперь один из женихов на отборе? – Он сделал ко мне шаг. – Или, например, что дракон Шайран эвр Шеосс будет ухаживать и всячески проявлять свою благосклонность к земной девушке Виктории Севариной? – Он сделал еще один шаг и перехватил выставленную мной руку.

Дыхание перехватило, сердце сбилось с ритма. Но здравого рассудка я, к счастью, пока не утратила.

– Это все, конечно, замечательно, – прошептала в ответ, – но я хочу услышать кое-что другое. Хочу убедиться, что ты не оставишь меня наигравшись. Хочу точно знать, что Земля не попадет в лапы энергетических вампиров или обезумевших Демиургов.

Да, я требовала практически невозможного. Да, прекрасно понимала, что после таких слов любой другой мужчина, наверное, просто ушел бы. Ведь это почти равнозначно вопросу «Ты меня любишь?». А они не любят такие вопросы. Как будто это к чему-то обязывает. Но сейчас действительно обязывает. Не потому, что мне, такой дурочке, взбрело в голову против воли вытянуть признание. Но ведь сейчас от меня и моего поведения слишком многое зависит.