Идущие навстречу. На пути друг к другу. Между двух огней

Уголок этот казался маленьким уединенным островком в огромном море зелени, здесь было тихо и сумрачно, солнце высвечивало только верхушки деревьев, у подножия их лежала тень, внизу стелился травяной ковер. Едва заметный ветерок шевелил листочки, в журчание ручейка, скрытого кустарником, вплеталось в негромкие звуки леса.

Молодой человек обошел все кругом, осматриваясь. Приняв решение, он привязал лошадь и повесил свой мешок на сук. Потом устало опустился на землю, и, прислонившись к стволу дерева, откинул назад голову и закрыл глаза.

Лицо его выглядело осунувшимся и изможденным, как будто за один день он проделал путь от здорового и сильного молодого человека до изношенного жизнью старца. Так он и сидел, безучастный ко всему, не обращая внимания на лошадь, не замечая остававшейся в седле девушки.

Наконец усталость взяла свое, и Ровина попыталась сползти вниз. Веревки мешали ей, и она лишь бестолково ерзала. Неловкая всадница встревожила кобылу, та начала беспокойно переступать. Однако просить о помощи своего похитителя девушка боялась, ничего, кроме опасности, она от него не ждала.

Но вот звуки возни привлекли его внимание, и молодой человек вскочил на ноги. Взяв лошадь под уздцы, он быстро успокоил ее и переключил свое внимание на пленницу. Освободив от пут, он потянул ее за руку, но девушка, уже плохо владевшая своим телом, стала сваливаться. Хорвин поспешно перехватил ее за талию и придерживал, не давая упасть. Когда Ровина очутилась на земле, то, сделав несколько шагов, повалилась без сил.

Она лежала без движения. Щека ощущала травинки. Распущенные волосы рассыпались по земле. Какое-то насекомое ползло по ноге, но даже желания сгонять его не было. Оцепенение охватило ее. Она не знала, как долго пролежала, ни о чем не думая, ничего не воспринимая, время прекратило для нее свой бег.

Почувствовав прикосновение, девушка пошевелилась. Поддерживая за плечи, Хорвин усадил ее и приложил к губам флягу. Вода полилась в рот и мимо, девушка закашлялась. Переждав, он снова принялся терпеливо поить свою пленницу.

Девушка глотала, судорожно захлебываясь, живительная влага разливалась внутри, принося облегчение.

Затем он заставил ее подняться и куда-то повел. Недалеко от полянки, в неширокой ложбинке, струился ручеек. Над ним деревья расступались, пропуская чуть больше света. Ивняк полоскал свои ветви в желтоватой от песка воде. Едва заметная тропа вела к промежутку между кустами. Молодой человек молча подвел туда свою пленницу.