Бриллиантовый взрыв

– Алло, – ответил бархатный баритон.

Леночка откашлялась:

– Добрый вечер, Василий Аркадьевич.

На том конце – тишина.

– Вас беспокоят из Отдела по расследованию особо важных преступлений.

Теперь горло прочистил Василий Аркадьевич.

– Да, – процедил он.

– Подполковник Галемба хотел бы еще раз переговорить с вами.

– Со мной? – удивился Карецкий. – Очень интересно.

Леночка хотела было сказать, что да, действительно все это очень интересно, но осеклась, все-таки она на службе.

– И когда же? – не скрывая сарказма, спросил Карецкий.

– Прямо сейчас, – отчеканила она.

– Ну хорошо, пусть приезжает.

– Нет-нет, вы не поняли. Вам надлежит самому приехать к нам.

После этих слов незамедлительно последовала реакция, к которой Леночка была готова, но все равно ей стало неприятно. Уж сколько она наслушалась разной нецензурщины за время своей работы в полиции и все равно каждый раз расстраивалась.

Стойко выслушав незатейливую тираду, Леночка невозмутимым тоном ответила: – Подполковник вызывает вас к себе и как можно быстрее.

Закончив разговор, она облегченно вздохнула и бросилась в кабинет начальника, чтобы выполнить едва ли не самое важное его распоряжение – включить на полную мощность громадный обогреватель, чтобы комната к его приезду успела хоть немного прогреться, а он был уже в пути.

Не прошло и десяти минут, как Галемба уже восседал в своем кресле, усиленно разминая левую руку от локтя до кисти, а еще через пятнадцать минут на пороге появился злой Василий Аркадьевич.

– Ну? Что? – спросил он с вызовом и, не дожидаясь приглашения, развалился на диване.

Михаил Иванович и бровью не повел – как сидел, уткнувшись в бумаги, так и остался сидеть.

Подождав немного, Карецкий осведомился с напором:

– Так что вы от меня хотите?

Сделав слегка удивленное лицо, подполковник поднял голову и произнес:

– А… это вы, Василий Аркадьевич.

– Да, это я! – взревел Карецкий.

Галемба специально потянул паузу, разглядывая его нахмуренный лоб, высокий, аристократический, чуть тронутые сединой виски, крутой подбородок и жестко очерченный рот.

– Я не ждал вас так быстро, – спокойно продолжил Михаил Иванович, раскрывая перед собой свой любимый блокнот.

– А я и не собирался к вам вообще, – Карецкий брезгливо огляделся. – Но потом передумал.

– Очень хорошо сделали, что передумали.