Бриллиантовый взрыв

– Но мы ведь с ним совершенно четко договорились о времени. Он же сам сказал, что находится недалеко, и ему удобно сюда подскочить.

– Может же человек опоздать, – мямлил Махович. – Тем более в Москве жуткие пробки в любое время суток, сама знаешь. Иногда один квартал целый час занимает, особенно у нас в центре.

К ним подскочила молоденькая, стройненькая, смазливая официантка с рыжим хвостом на затылке.

– Курящий или некурящий? – спросила она звонким, как у пионера, собирающего всех на зарядку, голоском.

– Что? – опешила Бажова.

Девица смерила ее шиншиловую шубу до пят наглым взглядом, красноречиво говорящим: «и не таких видали».

– Я говорю, столик вам в зале для курящих или нет? – переспросила она и уперла руку в тощий бок.

Бажова была на взводе и поэтому тоже подбоченилась.

– Нам вот тот, – велела она и протянула свой указующий перст в сторону углового столика в окружении мягких диванчиков.

– Ладно, проходите, – неохотно разрешила официантка.

В другое время Изольда за подобную фривольность разметала бы весь этот клоповник, однако здесь у них была запланирована важная встреча, поэтому она сдержалась и проследовала к выбранному столику.

– Пепельницу! – приказала она наглой девице и откинулась на спинку дивана.

– Может, еще что-нибудь?

– Два кофе и как можно крепче. Да… и еще эклер.

– Сколько?

– Чего сколько?

– Эклеров сколько?

Бажова поколебалась:

– Два.

Через пять минут у них на столе появились аппетитно пахнущие белые чашечки, шоколадные эклеры на блюдечках с голубой каемочкой и огромная пепельница в виде виноградного листа.

Бажова нервно барабанила пальцами по столу, от чего чашечки сотрясались, Махович же сидел тихо, точь – в-точь провинившийся ребенок, и исподтишка посматривал на мелькающий рыжий хвост.

И когда атмосфера между Маховичем, писательницей, и фланирующей мимо офицанточкой накалилась до предела, раздался густой бас:

– Изольда и Андрей?

– Федор Жилин?

– Да, Жилин, совершенно верно.

Бажова поспешно приняла соблазнительную позу и радушно ему улыбнулась:

– Ничего, ничего… Спасибо, что приехали.

Жилин кивнул и взгромоздился на диван. Человек он был упитанный, даже тучный, и зачесанные на виски волосы с вертикальным пробором подчеркивали идеальный круг его лица.