Жаба

Пусть она даже прекрасней всех на свете, и пусть так искусно целуется. Ее губы коснулись моих, и жаркий девичий язык так искусно овладел моим, что я забыл обо всем на свете. Мои руки снова начали изучать все извилинки на ее груди, бедрах. Дальше я не полез. Я не хочу второй раз расстраиваться.

– Хелен, – вдруг пришло мне в голову, – а чем ты подпитываешь организм?

– Как все люди – пищей. Я устроена как обыкновенный человек. Я очень люблю мороженное, шоколад, но и от шашлыка не откажусь. Правда, меня бесит вся эта искусственная пища, я же мечтаю попробовать настоящую картошку с салом.

– А как ты выводишь из себя отходы? – не успокаивался я, весь горя от возбуждения.

– Так же, как и вы сер, а что?

Но я не стал отвечать, я просто повернул ее к себе спиной, попросил наклониться и снял с нее белые трусики. Они были самого модного фасона. Интересно, это она сама их покупает или выдают как спецодежду?

– Что там, сер?

– Да все в порядке, – скал я расстегивая штаны.

Иногда приходиться нарушать правила, но она сам виновата, что так возбудила меня.

Я, наслюнил ее алое место, наплевав туда, сколько смог. Жаль, что под рукой нет другой смазки, ну, да и так сойдет. Я вонзил ей туда своего молодца. Все вышло очень хорошо. Было туговато, но меня захватило. Всего лишь несколько движений, чтобы довести себя к концу. Я истек миллионами сперматозоидов, даже не потрудившись вытащить своего парня из ее отверстия сзади.

– Ой, ой – только и говорила она, – как это! Что это вы со мной сделали? Как тепло там внутри побежало и даже немного приятно.

Что это вы? Ваше лицо сияет от радости? Неужели это от того, что сделали со мной? Я должна найти в архивах данные, я не могу понять, что вы со мной делаете.

– Советую поискать данные на порносайтах города. В нашем компьютере ты ничего не найдешь, – посоветовал я.

– Сер, вам легко говорить, вы человек,– чуть ли не заплакав, говорила она. После таких слов меня обуял страх. Она же робот, а так разволновалась, вот это имитация эмоций! Я не удивлюсь, если через время она будет заниматься сексом, получая от этого удовольствие.

Только вот беда: у нее нет соответствующего органа.

– Ты впервые призналась, что ты киборг, – удивился я в слух, – ты не волнуйся, если бы я тебя считал неодушевленным предметом, то вряд ли бы я тебе это сделал.

Она просияла, словно я сделал ей очень хороший подарок. Иногда хорошие слова могут делать такие чудеса, что даже трудно поверить в происходящее.