Жаба

Да и сама обстановка зала похорон с его темными траурными тонами помогала мне в моей речи. Мне самому было не по себе, и жалость к погибшим чуть не выдавила с меня слезы. Но я сдержался и прочитал речь до конца. Потом обошел всех родичей и женам погибших вручил по конверту с чеками.

Я не заглядывал в конверты, и о суме компенсации ничего не скажу, но на лицах жен усопших я видел благодарность. Наверняка, они знали, что сумы не маленькие. Так компания пыталась замять дело. Если родные довольны, то больше некому поднять шум.

Сделав все, что от меня требовалось, я последовал к выходу из зала. Меня догнал долговязый паренек, сын одного из погибших ученых.

– Сер, – позвал он меня, – может, помяните с нами моего отца, выпьете стопочку коньяка? В соседнем здании ресторан, может, вы присоединитесь к нам?

Я видел искренность, с которой человек приглашает меня, но не по правилам было мне принять такое приглашение. Я должен держаться на публике достойно своему креслу, и мне пришлось как то ласково отказать, ссылаясь на то, что я на работе и у меня много дел.

Когда я снова сел в машину Миши, то я смог хоть как то перевести дух.

– Не нравятся мне покойники, и вообще не люблю похорон. Слишком я впечатлительный или мои взгляды глубоко не моральных принципов. Я бы никогда не выставлял лицезреть покойников. Я понимаю, что родным нужно провести их в последний путь, попрощаться, но вид мертвых тел сильно влияет на психику людей. Да еще обстановка словно в фильме ужасов.

Нельзя ли обойтись без вех этих прибамбасов, и просто поручить службам города выполнить все тихо и без обрядов? – жаловался я, сам не понимая, что несу.

– Парень, ты никогда не терял близких тебе людей. Я тебе не рассказывал, что во время той гонки, на которой я стал калекой, погиб самый родной мне человек на свете, моя жена. Она была у меня штурманом. Не то было главным аргументом, что у меня сломан хребет во многих местах, а то, что психиатры поняли, что мне никогда не оправиться.

Она умерла у меня на руках, мы оба были зажаты в металле автомобиля, и я ничего не смог сделать. Она даже сказала: «береги детей» и еще приказала жениться на ее сестре. И что ты думал, я долго ходил за ее сестрой, пака она согласилась. Но я ее не люблю, хотя они так похожи, – говорил Миша, а я чуть не заплакал.

– Знаешь что, ставь машину на первой же стоянке, и давай зайдем в какой нибудь клуб, надеремся водки по горло.