Жаба

Ходят слухи, что такие путешествия опасны, гипер-двигатель переносит человека от звезды к звезде, но сам космонавт никогда не сожжет покинуть свой звездолет. Почему это так, никто не говорит, и даже в специальной литературе нет ничего, что могло бы прояснить ситуацию. Но опять те же слухи дают волю воображению. И что только не выдумывают, но самая реальная версия, что космонавта лишают тела и сращивают кибернетически с космическим кораблем. Так он приобретает почти вечную жизнь, и может переносить любые нагрузки, мозги в герметичной колбе – вот что представляет собой космонавт дальнего плаванья.

Вот настали дни, когда в институт стали приезжать представители разных корпораций. Студенты, как листья на ветру, шумели от нетерпения, известна одна истина, на себя надеяться, но судьбу не изменить. По каким критериям происходит отбор, было тайной, все с нетерпением жажда ли узнать, кто кем станет. Хотя выбор был небольшой: кому быть космонавтом-исследователем, кому историком-геметриком, а кому обычным гражданским рабочим на заводе.

Особо нечего было волновался, но все время к горлу подходил ком, и дыхание временами становилось тяжелым. Трудно было не подавать виду, что страшно. А в мозгу роились мысли, хотелось больше всего иметь интересную работу. Желания студента не имели ни какой силы, миру нужны новые рабочие с высшим образованием, и если ты с обычной семьи, то дорога тебе в самое трудное место.

Пришел и мой черед войти в отдельный кабинет для собеседований. От волнения я все помню отрывками: в следующий момент я сидел посреди комнаты на высоком крутящемся стуле, а вокруг меня как в амфитеатре расселись представители разных каст и специалисты по найму рабочих.

– Ваша мечта, – спросил меня голос слева.

– Семья, дети, много денег, как обычно, все этого хотят, – ответил я, на традиционный вопрос таким же ответом, стараясь не лгать, понимая, что ложь может только навредить.

– Вы что, не мечтаете о славе, о бессмертии?

– Чушь, я реально смотрю на вещи, человек это животное, и все, что оно хочет, так же просто как мир, есть и спать в двух версиях, – сострил я.

Осмелев, я, наконец-то, рассмотрел того человека, который задавал мне вопросы. Это был лысоватый джентльмен. И он, ехидно улыбаясь, продолжил.