Выбрать волю

Так что Эсне пришлось ещё и подождать; впрочем, едва заметив её появление, владыка подозвал её решительным жестом и принялся выяснять, действительно ли не было нужды забирать с собой «тот туалетный столик» и правда ли она обойдётся несколько дней без «деревянных болванок, чем бы это ни было!»

Эсна с улыбкой уточнила, предусмотрен ли для неё туалетный столик в Цитадели, узнав, что да, заверила, что обойдётся им, а вот если есть возможность оборудовать место для её занятий резьбой, то болванки она предпочла бы забрать сразу.

Владыка впервые в жизни сталкивался с таким нетипичным для женщины увлечением, однако и бровью не повёл; велел закладывать болванки в багаж и отослал ещё одного посыльного в Цитадель, разбираться с местом под мастерскую.

После этого, твёрдо взяв Эсну за руку, он поднялся с нею на крыльцо, чтобы немного возвышаться над двором, где построились его люди, и коротко представил ей начальника стражи и Дерека (последний был отрекомендован как «в моё отсутствие обращаться по любым вопросам к нему»).

Дерек, конечно, не мог устоять от шумного изъявления своего восторга по поводу сложившейся ситуации. Весело и ликующе он закричал:

– Виват повелителю и его солнечной госпоже! – и даже подбросил в воздух шляпу.

Стража подбрасывать шлемы не стала, но дружно поддержала ликование хоровым виватом.

И тут, к глубокой неожиданности Эсны, Грэхард повернул её к себе и поцеловал.

Право слово, сперва Эсна ужасно возмутилась: целоваться публично в Ньоне не было принято, это считалось в высшей степени неприличным.

Кроме того, она совершенно не ожидала такого поворота дел, и напор владыки, по правде сказать, её изрядно напугал. Она, совершенно точно, не испытывала ни малейшего желания вот так сходу целоваться с почти незнакомым мужчиной, пусть тот вскорости и станет её мужем.

Возмущение, однако, быстро сменилось страхом. Ощущая, как у неё во рту хозяйничает чужой язык, Эсна вдруг припомнила, что выйти замуж за мужчину неизбежно означает и вступить с ним в супружескую близость.

До этой минуты она как-то не задумывалась об этой перспективе, и теперь перепугалась вусмерть, сообразив, что ей вскорости придётся принять этого грозного и массивного мужчину на брачном ложе.

«Спаси Богиня!» – невольно взмолилась про себя Эсна, поскольку неожиданный, решительный и грубый поцелуй ясно свидетельствовал, каковы будут брачные манеры будущего супруга, и, по правде сказать, это вселяло нехилые опасения по поводу её дальнейшей судьбы.