Выбрать волю

Но почему-то никто не объясняет девушкам, что не стоит смотреть в глаза влюблённому мужчине, если собираешься ему отказать.

Эсна вот посмотрела – и пропала.

Хотя всем своим видом владыка демонстрировал ледяной гнев, хотя и поза его, и выражение лица были таковы, что на него было страшно взглянуть, – в глазах его романтичный женский взгляд прочитал обречённое отчаяние.

Эсна вздрогнула; рука её, уже потянувшаяся было за веткой, задрожала.

Она знала, что должна забрать свою ветку и идти дальше; но почему-то сердце её мучительно сжималось, почему-то то отчаяние, которое она угадала в чужом взгляде, завладело всем её существом, и почему-то в этот момент Грэхард показался ей самым близким и родным человеком на свете – тем, кого знаешь вполне, как самого себя, и чьи чувства для тебя – всё равно что твои собственные чувства.

Все мысли о коварных политических играх выскочили из её головы, и она совершенно забыла, что постановила считать владыку притворяющимся и желающим запудрить ей голову.

Напротив, она всецело поверила этому взгляду и увиденному в нём отчаянию – возможно, более додуманному её собственным воображением, – и вся содрогнулась от жалости и потребности это отчаяние утишить.

И вместо того, чтобы чин чинарём продолжить свой путь, она, так и не смея отвести взгляда, отчётливо произнесла ритуальную фразу:

– Грэхард из рода Раннидов, грозный повелитель Ньона, окажешь ли ты мне честь стать моим мужем?

Уже на середине этой фразы она вдруг осознала, что совершает, и впала в глубокое смятение.

Молчал старый князь, чьё лицо застыло в холодном мрачном выражении, а взгляд ушёл глубоко в себя.

Молчал Эвард, хмуря густые брови и не отрывая взгляда от злополучной ветки.

Молчала Ална, а ужасе прижавшая ладошку ко рту и переводящая испуганные глаза с одного присутствующего на другого, словно спрашивая: то ли здесь происходит, что я вижу?

Молча переглянулись с недоумением Руэндир и Дрангол, словно уточняя: «Ты знал?» – «Нет, а ты?»

Молчал Грэхард, на которого слишком стремительно обрушилось исполнение давней мечты; настолько стремительно и внезапно, что не обрадовало, а придавило мучительной тяжестью.