Выбрать волю

Вниз же скатываться было куда сподручнее; сложно было лишь не нашуметь.

Переправив сестру, Эсна снова с опаской огляделась. Не обнаружив соглядатаев, она принялась карабкаться сама. Это оказалось гораздо сложнее, чем если тебя подсаживают, и девушке даже пришлось перевязать юбку платья вокруг талии, потому что иначе та цеплялась за всё подряд и не позволяла совершить необходимые манёвры.

Наконец, она всё же перебралась на нужную сторону.

Прежней манерой – пригибаясь к самому низу – сёстры продолжили путь, пока не достигли, наконец, окон парадной гостиной.

Толстые стёкла не позволяли услышать, что происходит внутри, а форточки располагались слишком высоко, чтобы оттуда хоть что-то доносилось. Зато, если выглядывать осторожно, можно было разглядеть часть зала и расхаживающих по нему гостей.

Сёстры прильнули к окну. Забывавшая обо всём Ална так и норовила высунуться повыше, и Эсна постоянно её одёргивала из страха, что их заметят изнутри.

Тихо-тихо Эсна рассказывала сестре о тех, кого знала.

– Смотри, вот этот, в синем мундире, – обратила она внимание на представительного офицера. – Это скалистый полковник, друг отца.

– А рядом с ним? – восторженно переспросила Ална, во все глаза рассматривая такой манящий и недоступный мир.

– Не знаю, морской офицер какой-то, – предположила Эсна по костюму.

Если отец за ужином будет обсуждать сегодняшний вечер, возможно, удастся выяснить и это имя. Вот так, по обрывкам и оговоркам, и оставалось собирать воедино факты и подробности.

– Ах, Эсни! – с восторгом продолжила Ална, рассматривая какого-то симпатичного блондина. – Как думаешь, здесь есть тот, кому тебя отдадут замуж?

Эсне было пятнадцать; некоторые ньонские девушки, и впрямь, в этом возрасте уже вступали в брак. Но отец пока молчал, и даже каких-то намёков на его планы ни в каких разговорах не звучало.

– Не знаю, – помрачнела Эсна. – Откуда ж это узнать?

– А я бы пошла за этого блондинчика! – мечтательно вздохнула Ална.

– Кто? – принялась искать глазами старшая.

Это оказалось несложно: блондинов в Ньоне было мало. Обнаружив искомое, она вздохнула:

– Красивый, да.

– Ой! – вдруг пришла Алне в голову идея. – Может, именно за этого тебя отец отдаст? Представляешь, какие волосы будут у ваших детей? – она с завистливым вздохом покосилась на золотистые богатства сестры.