Выбрать волю

Поглядела вверх, обнаружила отсутствие головы.

– Вы уже ушли? – тихо уточнила она.

Паренёк тут же возник над стеной снова и с улыбкой представился:

– Просто Дерек, солнечная госпожа моя.

– Дерек, – улыбнулась в ответ Эсна, – ты мог бы подождать моего ответа, чтобы передать его твоему господину?

– С радостью, солнечная госпожа! – козырнул тут. – У нас тут целый отряд под прикрытием починки мостовой, можем хоть до вечера ждать, никто и не заметит!

Из-за стены, в самом деле, доносились характерные звуки дробления камня.

Кивнув, Эсна подхватила вазу – нет, всё-таки тяжёлая ужасно! – попыталась неловко прикрыть её рукавами своего нарядного одеяния и поспешила домой, избегая лишних встреч и глаз.

Благополучно добравшись к себе, она припрятала подарок – и что теперь с ним прикажете делать! – и шустро настрочила ответную записку.

Дерек оказался на месте, и вскоре записка обосновалась на столе владыки.

Значилось в ней следующее:

Увы, не только купец, но и романтик из грозного повелителя не вышел.

Перечитавший записку уже раз пять Грэхард выглядел более чем хмуро, постукивая пальцами по краю стола.

Стоявший рядом Дерек – которому тоже было дозволено ознакомиться с ответом прекрасной дамы – только добавил масла в огонь:

– Справедливой упрёк, мой повелитель. Если ты хотел произвести на неё впечатление, нужно было лезть на стену самому.

Ответом ему был мрачный убийственный взгляд.

– Мой статус не позволяет мне… – начал было он, но был бесцеремонно перебит:

– Она женщина, Грэхард! Плевать она хотела на твой статус.

В раздражении владыка хотел было смять докучную записку, и даже потянулся уже – но не решился.

Когда смотришь на записки такого рода влюблёнными глазами – они становятся бесценными артефактами.

– По крайне мере, она ответила, – с неподражаемым оптимизмом отвлёк его от мрачных размышлений Дерек.

Немного похмурившись, Грэхард признал справедливость этой мысли.

– Давай же! – подтолкнул его к стулу Дерек. – Пиши ответ, твой неудержимый голубь готов к полёту! – и для верности помахал руками как крыльями, чтобы ни у кого не осталось сомнений, кто именно тут голубь.