Битую чашку – из жизни вон!

Я живо представила, как Ирка, жена лучшего Роминого друга Славика, вздыхая, рассказывает вечером своему благоверному: «Представляешь, сегодня Юлька звонила. Федоровский ее бросил. Жалко ее, ужас. Она так хочет его вернуть, ищет. Ох, бедная!»

От одной этой мысли меня передернуло. Да и без толку эти обзвоны. Если Роман решил от меня скрыться, друзья его поддержат: мужская солидарность. Тем более у него куча знакомых, в том числе и неженатых. То есть, с одной стороны, есть где остановиться, а с другой – никакого риска, что их половины проявят женскую солидарность и выдадут его мне.

Не стану унижаться!

Но ведь если он уедет, то надолго, а для меня, наверное, навсегда. Поговорить с ним сейчас – действительно мой последний шанс. Я снова схватилась за телефон и даже набрала Иркин номер. Однако, едва услыхав ее голос, положила трубку. Язык не повернулся начать расспросы...

С Романом мы познакомились шесть лет назад на вручении премии «Творец года». Я это мероприятие освещала от своей газеты, выступавшей в качестве информационного спонсора, а фирма Романа по производству соков (не его собственная, конечно, он в ней работал) была одним из основных спонсоров торжественной церемонии.

Меня лично в тот момент больше интересовали творцы, у которых я должна была успеть взять хотя бы короткие интервью, причем до начала банкета. Потому что после одни к интервью уже не расположены, а прочие, наоборот, чересчур расположены и жаждут продолжения банкета, желательно у меня дома. Культурные события я к тому времени освещала уже несколько лет и успела хорошо изучить повадки «деятелей искусств». Вот почему, не жалея сил, отлавливала довольных, но еще не успевших устать лауреатов.

Сначала мужчины. С женщинами время терпело – на них банкеты так сильно не действуют. (За исключением, правда, одной скульпторши: уж очень она женским полом интересуется; поэтому с ней я отработала в первую очередь, и она, к счастью, на меня не клюнула. Ей больше пришлась по сердцу юная корреспондентка из «Домового». Девица, по-моему, ничего не понимала.

Что ж, ей же хуже!)

Романа, напротив, заинтересовала именно я, и он приложил все усилия, чтобы со мной познакомиться. Смею заверить, это было не так уж просто. Я металась от лауреата к лауреату, и больше меня никто и ничто не волновало.

Только набрав достаточно материала, я позволила себе расслабиться. Тут и банкет подоспел. Каково же было мое удивление, когда рядом с собой я обнаружила Романа, что-то с увлечением мне рассказывающего.