Битую чашку – из жизни вон!

Светские тусовки (мне часто давали на них приглашения), клубы, театры, кино, выставки, посиделки у друзей – эта круговерть почти не прекращалась, и нам с Романом в ней было весело.

Так бы и шло дальше, не свались Роман с приступом аппендицита. Случай неожиданно оказался запущенный и серьезный. Врач, делавший операцию, сказал мне: «Еще какой-нибудь час, и, возможно, его бы уже ничто не спасло». Именно тогда я вдруг поняла, как Роман мне на самом деле дорог, и как я люблю его, и что жить без него не могу!

Я проводила у него в больнице все возможное время, которое могла выкроить.

Внезапно обрушившаяся болезнь потрясла не только меня, но и Романа, заставив его всерьез задуматься о нашем будущем.

– Юля, мне уже тридцать лет, – сказал он. – Я вот, пока в больнице лежал, все время об этом думал. Понимаешь, раньше как-то недосуг было. Жизнь себе шла и шла... А тут понял: неправильно мы с тобой живем.

– Перестань! – оборвала его я. – Ничего с тобой не случится! Все самое страшное позади.

– Нет, Юлька, давай поженимся, – не уступал он.

Я пожала плечами:

– Со штампом в паспорте наша съемная квартира в собственную не превратится. Не говоря уж о том, что в Москве нас с тобой не распишут.

– Хорошо. – Он кивнул. – Тогда давай перво-наперво накопим на квартиру.

– И сколько нам потребуется времени?

– Не так уж и много, – бодро откликнулся он. – Честно сказать, у меня уже кое-что отложено. Примерно на треть однокомнатной. Если мы с завтрашнего дня урежем себя по части ресторанов и прочих увеселений и не поедем никуда в отпуск, думаю, через годик накопим.

– Ее еще надо будет обставить, – вмешалась я.

– Вот обставим – и свадьбу сыграем.

– На нее тоже деньги понадобятся, – опять напомнила я. – У нас столько знакомых!

– Мы что, обязаны их всех приглашать? – удивился он.

– Не обязаны, но мне хочется.

– Если так, накопим и на это. – Пошевелив безмолвно губами и что-то подсчитав, он добавил: – В общем, через два года, начиная с сегодняшнего дня, надеюсь сделать тебе официальное предложение.

Мы честно старались копить, но нам постоянно что-нибудь мешало. То хотелось куда-то пойти, то я начинала умирать по какой-нибудь вещи, и Роман говорил: «Раз нравится, покупай».