В некотором царстве. Огненная пыль

Созывай мужиков, – толкнул он бессмысленно смотрящего в одну точку пастуха, – пусть вилы берут, колья, ночью пойдем, весь терем поганый по бревнышку раскидаем! Ты с нами, Никита?

Богатырь не торопился отвечать. Чуть покачиваясь, он думал, нахмурив густые косматые брови. А тут еще со стороны леса послышались крики.

– Никак, еще что случилось?

Девушки, собиравшие в лесу грибы да ягоды, теперь с криками бежали к деревне, подобрав цветастые юбки. Корзины и лукошки болтались у них полупустые, все собранное за день растерялось при беге.

Кто-то вообще побросал все. Что же их так напугало?

– Пес! Огненный пес в лесу объявился! – кричали они наперебой. Перепуганные жители выбегали на улицу, не понимая, что случилось.

– А ну стойте! – замахал руками староста. – Что это еще за пес такой?

– Огромный такой! Страшный весь, черный, как головешка. И глаза огнем горят, – задыхаясь, залепетала одна.

– Эх, бабы. И померещится же вам…

Громовой лай, раздавшийся с ближайшей крыши, заставил всех замолчать.

Фигура пса, возвышавшаяся на коньке, была огромной, и вся колыхалась, будто дым на ветру. И вместе с тем доски под мощными лапами угрожающе трещали и прогибались, будто весил он добру тонну.

– Горит! Крыша горит!

Пес, сделав гигантский прыжок, перескочил на соседнюю постройку, которую так же охватил огонь. В деревне началась паника. Жители бегали с ведрами, выносили скарб из горящих домов. Ни у кого не возникло даже мысли попытаться остановить дьявольского пса. Лишь один раз метко пущенное здоровенное полено заставило его оступиться и с шумом сползти на землю.

– Не нравится? – Никита Кожемяка медленно приближался, держа наготове крепкий кол. Оскалившись, пес поднялся на лапы. Он был богатырю почти по плечо, а ведь Никита был на добрый аршин выше остальных мужчин в деревне.

– Что же ты за тварь такая? – сквозь зубы процедил богатырь, готовясь к удару.

Пес припал к земле. Алая кровь сочилась из его раны, шипящими искрами падая на выжженную траву. Вся фигура пса вдруг пошла волнами, заколыхалась, как от сильной дрожи.

Она все усиливалась, пока темное тело не рассыпалось, обдав богатыря облаком горячего пепла…

Тонкая кожица трескалась, обнажая подгоревшую мякоть. Вооружившись палкой, Соловей осторожно выкатил из золы одну картофелину. Обжигая руки, разломил на две половинки, крупно посыпал солью. Горячо. Но вкусно. Хоть и не сравнить с теми яствами, что они с дружками ели, когда удавалось обчистить богатого купца.