Косатка

Летела посуда, на полу появилась лужа крови.

Дерек уже не был собой, его разум плыл в этой душной дурманящей драке, в которой боль сливается с ненавистью и желанием убивать.

– Стоп, здесь полиция! – Дерек словно очнулся и даже будто удивился, что его перестали бить.

Тело пылало, он притронулся к лицу – уже отекло. На столе все так же стоял Уду. Он хохотнул, увидев смятение Дерека. Потом протянул вытянутую ладонь. В ней в лужице крови лежал зуб.

– Мне не везет, – прохрипел Уду, – Это уже третий за последний год.

– У тебя слабые десна, – сказал Дерек, садясь на стул прямо на осколки стекла от разбитых бутылок и стаканов.

– Нет, это у тех скотов слишком длинные языки, – Уду сел на корточки все еще на столе, влил в свое горло остатки вина из разбитой бутылки и протянул руки подошедшему полицейскому. Тот защелкнул на них замки наручников.

***

– Дерек, Оливия сможет нас вытащить утром? – спросил Уду, лежа в камере и трогая языком пустое место после выбитого зуба.

– Сможет, если явится на работу.

– Прямо во время процесса? – Уду захохотал. – Дерек, без тебя моя жизнь была бы скучной! Эх, а планировали подрезать ящик шампанского у бармена.

– Кто эти парни? Я не видел их раньше.

– Они были вчера на гонках, – сказал Уду, – Болели за гонщика, который пришел четвертым.

– Думаешь, они знают о двигателе?

– Могут только догадываться.

– По тому, как ты развел драку, их догадки подтвердились, – Дерек прошелся по камере, потрогал пальцем знакомые прутья решетки – в этом месте есть даже надпил.

– Я бы взорвался при любом оскорблении, но «вор» для меня – самое обидное. Тем более при Сьюзи! – Уду снова начал злиться.

– Сьюзи – проститутка, Уду, она с собой только, когда у тебя есть деньги.

– И что? Мне все равно важно, что она обо мне подумает. Кем бы она ни была.

Дерек вздохнул и лег на лавку рядом с Уду.

– Я опоздаю на поезд, если Оливия меня не выпустит утром.

– Она выпустит.

– Зачем только ты ей отдался раньше времени!

Дерек и Уду засмеялись, ударив по привычке друг друга в кулаки, но кожа на костяшках у обоих была полностью содрана. Они поморщились от боли.

***

Ранним утром Дерек вскочил с лавки на ноги, едва услышав стук каблуков рядом. Он взглянул на Уду – тот спал, вытянув длинные ноги, отчего ступни значительно свесились за край лавки.