Внук бабы Яги

«Настоящий сказочный лес, – подумалось мальчику, – как на картинке!» – и вдруг почему-то стало страшновато. Внезапно в чаще заухало и засмеялось. Степа вздрогнул.

– Что ты, голубчик, испугался? Не бойся, это филин. Лесная птица такая, слышал наверное? – успокоила бабушка внука, – Ты вот лучше расскажи-ка мне, как там поживают мои родные: Янек, Кшися? Баба Кшися, поди, состарилась уже? Маришка как?

Из всех перечисленных людей Степа знал только Маришку – это была его мама.

– А кто такие Янек и Кшися?

– Янек – это батька твой, Иван, а Кшися – Кристина значить, бабка твоя, моя сестренка младшая, – бабушка усмехнулась.

Степа удивился тому, как баба Яся странно называет папу и бабушку, но подумал, что, наверное так говорят по-деревенски.

– Хорошо, все здоровы, папа много работает, живем мы дружно, не ругаемся, – выдал как по заученному Степа.

– Ну и славно. А ты, я слышала, будто хвораешь – все по врачам, да по больницам. Что за напасть-то такая?

– Астма.

– Гм… вот холера, – необычно ругнулась бабушка, – ну ничего, я из тебя настоящего богатыря сделаю! Только ты меня слушайся, а на людей не обращай особого внимания.

И не злись на них – темные они, деревенские, верят во всякие небылицы да и порой болтают что зря!

После этих слов Степа задумался: что это там у них в Верхнем Болоте за люди такие – темные, и мальчику вновь стало не по себе.

Наконец лес закончился и дорога пошла полем. В дали показались крыши низеньких хаток. Через десять минут бабушка остановила телегу около одной из них – низенький частокол, узенькая калитка, маленький опрятный полисадничек и низенькая избушка – все это показалось таким сказочно-уютным и каким-то родным, что ли.

Степа ощущал себя, будто в иллюстрации к книжке со сказками.

– Ну, Штефка, бери вещи и ступай в хату! – скомандовала баба Яся.

В хате было еще сказочнее: дубовый стол, льняная серенькая скатерть, вышитая крестиком, деревянные лавки у стола, сундук в углу с кованными петлями и амбарным замком, старинная кровать с металлическими шариками на спинках, вышитые рушники, расписная глиняная и деревянная посуда, огромная русская печь – все будоражило воображение мальчика.

Он стоял посреди комнаты и вертел головой по сторонам приоткрыв рот! Бабушка видела внука в таком состоянии и хитро улыбалась – городской! Подойдя к зеркалу, висевшему между окнами на стене, бабушка сняла свой брезентовый плащ и старушечий черный платок и тут же преобразилась.