Сокровище Великих Болот

Да, Руфин?

Не успела та ответить сестре, дверной проем заслонила чья-то тень и веселый мальчишеский голос воскликнул:

–Эй, я принес огонь! О, Руф, привет, как улов сегодня?

– Иф, как тебе удалось у тетки жиру выпросить? – рассыпая искры от кресала по полу, спросила младшего брата Руфина. – Жир такой ценный, а вы его куда-то дели без меня. Куда, кстати? – добавила она строгим тоном. Вспыхнувшее маленькое пламя заиграло искорками в её глазах – один был синий, а другой зеленый.

– Э, ну, я не… – замялся тот, но нашелся, на что перевести внимание сестры.

 – А она меня просто любит, вот и дала! Потому что я не-от-ра-зи-мый! – гордо, по слогам, выговорил Иф.

– Ох, и аукнется нам твоя неотразимость, братец. Вот вырастешь, а она захочет тебя на своей младшей дочке женить, и что ты будешь делать?

– Да не буду я на ней жениться! – взгляд ярко-синих глаз двенадцатилетнего мальчишки был полон незамутненного недоумения. – Она же дура губошлёпная!

– Иф, не ори, ещё услышат… И не даст тетка тебе больше жирку.

Занявшийся на фитиле огонёк был торжественно водружен в плошку с разбавленным смолами жиром. Теплые отсветы заплясали на склонившихся над ним лицах.

– Пойдем, надо зажечь лампу над входом. А то Щщус придет. Увидит, что у нас темно и полезет знакомиться… У него глаза красные, бородавки по всему телу и ноги-коряги!

– Ой, – воскликнула младшая, – ой, не надо, не надо, не рассказывай!

– Уууу… – дурачась, завыл Иф и кинулся щекотать сестричку. – Приду-приду, всех съем!

Визг и возня наполнили маленькую комнату.

Руфина кинула на них взгляд, выходя наружу, и покачала головой.

От фитиля занялся золотой язычок пламени в охранной лампе под желтым стеклом в простой глиняной чаше. Один из ожерелья. Один из многих.

Она внимательно вгляделась в тени, в окружающие их дома, в мостки, в ветви со свисающим белёсым мхом. Сегодня, как и всегда, темнота безопасна.

Аромат лилий доносился в деревню, но не так явно, как в центре болот. Светлячки зелеными искорками плавали между редких деревьев.

На востоке поднималась тяжелая туча, заслоняя ясное ночное небо, беззвучно полыхала розоватыми зарницами. Безветрие казалось уютным, но не долгим. Она знала, что к утру, скорее всего, поднимется ветер и пойдет дождь, если пропитанные водой грозовые облака всё же докатятся до их мест.

– Руфин, а Руфин, – неожиданно её подергали за рукав, и она осознала, что детские возгласы за спиной уже довольно давно стихли.