Позолота

Фриш вечно искал приключений, а Никель, казалось, стыдился, что они родственники.

Серильда серьезно кивнула.

– Моя задача – подготовить вас к взрослой жизни.

– Фу, – сказал Ханс. – Решила поиграть в училку, да?

– Я и есть ваша учительница.

– Никакая ты не учительница. Ты просто помогаешь фрау Зауэр. Да и то, она только потому тебе позволяет, что ты можешь утихомирить малышей, а у нее не получается.

– Это ты про нас? – спросил Никель, указывая на себя и остальных. – Это мы-то малыши?

– Нам почти столько же лет, что и тебе! – добавил Фриш.

Ханс фыркнул.

– Вам по девять лет. Младше на целых два года. Это же целая вечность!

– Не ровно два года, – сказал Никель и начал загибать пальцы. – У нас день рождения в августе, а у тебя…

– Хорошо, хорошо, – прервала Серильда, которая уже много раз слышала эти споры. – Для меня вы все еще маленькие, и мне пора всерьез задуматься о вашем образовании. Хватит забивать себе головы ерундой.

Ее слова были встречены хором умоляющих стонов и нытья. Фриш даже упал лицом в снег и замолотил ногами в истерике – может, подражая Гердрут в ее плохие минуты, а может, и нет.

– На этот раз я говорила серьезно, – сказала Серильда, нахмурившись.

– Ну да, конечно, – и Анна расхохоталась. Она перестала кувыркаться и сейчас проверяла на прочность молодую липу, повиснув на одной из нижних ветвей и болтая ногами. – Все, как в прошлый раз.

– Сейчас я не шучу.

Дети уставились на нее, не зная, верить или нет.

И это справедливо, решила Серильда. Сколько уже раз она говорила им, что больше не станет рассказывать истории? Нет, она твердо решила, что станет образцовой учительницей. Благовоспитанной и безупречной. Вот только решимости никогда надолго не хватало…

Еще одна ложь, – как и сказала фрау Зауэр.

– Но, Серильда, – заговорил Фриш, подползая к ней на коленях и жалобно глядя на нее широко открытыми глазами, – зимой в Мерхенфельде такая скука.

– Остается только работа, – пробормотал Ханс. – Корзины плести, да землю пахать.

– И прясть, – добавила Анна с тяжелым вздохом, а потом, закинув ноги наверх и согнув в коленях, обхватила ими ветку, так что руки и косички теперь болтались в воздухе. Дерево угрожающе скрипело, но девочка не обращала на это внимания.